Книга Дыхание снега и пепла, страница 315 – Диана Гэблдон

— О, но до чего странно, — повторил Бобби, кажется, в десятый раз, озадаченно приложив руку ко рту. — Я видел ужасную, ужасную вещь… Всего мгновение. Потом меня стошнило, и все закончилось.

— Какую такую ужасную вещь? — с любопытством спросила Мальва. Он посмотрел на нее, вид у него был неуверенный и чуть испуганный.

— Так и описать трудно, сказать по правде, мисс. Она была… темная. Фигура, что ли. Я подумал, что это женщина, но… чудовищная, — беспомощно закончил он.

Это был плохой знак. Галлюцинации нередко появлялись как побочный эффект от наркоза, но я не ожидала, что такое может случиться при настолько маленькой дозе.

— Ну, думаю, это был просто ночной кошмар, — сказала я успокаивающе. — Ты ведь уже понял, что это форма сна, так что нет ничего удивительного в том, что люди видят сны время от времени.

К моему удивлению, Лиззи на это затрясла головой.

— О нет, мэм, это совсем не похоже на сон. Ведь когда спишь, то твою душу охраняют ангелы, так что нечисть не может до нее добраться. Но это… — нахмурившись, она несколько мгновений рассматривала бутыль с эфиром, которая теперь была надежно заткнута пробкой, а потом подняла глаза на меня. — Я думала о том, куда отлетает душа…

— Эмм… — промычала я. — Ну, надо думать, она просто остается с твоим телом. Должна. То есть я хочу сказать, ты ведь не умираешь под наркозом.

Но Бобби и Лиззи решительно замотали головами в ответ.

— Не остается, — сказала Лиззи. — Когда спишь, ты все еще здесь. А с этим, — она указала на маску, и смутная тревога исказила ее тонкие черты, — тебя здесь нет.

— Это правда, мэм, — подтвердил Бобби. — Ты уже не здесь.

— Думаешь, души попадают в лимб — туда же, куда уходят души некрещеных младенцев? — спросила Лиззи обеспокоенно.

Мальва резко, не по-женски фыркнула.

— Лимба не существует, — сказала она. — Это все папские придумки.

От такого богохульства рот Лиззи непроизвольно открылся, к счастью, Бобби ее отвлек, почувствовав головокружение и необходимость прилечь. Казалось, Мальва была решительно настроена продолжить спор, но не ушла дальше повторения слов: «Папа… папские…». Она стояла, покачиваясь взад и вперед с приоткрытым ртом, моргая время от времени. Я перевела глаза на Лиззи, только чтобы увидеть ее остекленевший взгляд. Она широко зевнула и хлопнула на меня слезящимися глазами.

Я вдруг обнаружила, что и сама начинаю чувствовать легкое головокружение и слабость.

— Господи! — Я выхватила маску у Мальвы из рук и поспешно усадила девушку на табурет. — Нам нужно срочно от этого избавиться, а не то мы все потеряем сознание.

Я раскрыла маску, вытащила влажную прокладку из ваты и на вытянутой руке вынесла ее наружу. После этого я распахнула все окна в операционной, чтобы впустить свежий воздух и уберечь нас от отравления газом, но от эфира было не так-то просто избавиться. Тяжелее, чем воздух, он опускался на пол и собирался там в газовые озерца. Выгнать его без вентилятора или другого похожего приспособления представлялось довольно трудным. Возможно, мне придется оперировать на открытом воздухе, если эфир нужно будет использовать на протяжении долгого времени.

Я положила вату на камень, чтобы она просохла, и вернулась назад, надеясь, что они все слишком одурманены, чтобы продолжать философские дебаты. Мне совсем не хотелось, чтобы они продолжали думать в этом направлении. Если по Риджу пойдут разговоры о том, что эфир разлучает душу с телом, то никто и ни за что не позволит мне использовать анестезию, независимо от того, насколько отчаянной будет ситуация.