Книга Путешественница, страница 220 – Диана Гэблдон

— Миледи, это вы? Вы не призрак, не чудитесь мне?

— Это я, Фергюс, тебе не кажется, — счастливо рассмеялась я.

— Милорд знает о вас?

— Я видела его сегодня утром.

— О!

Он выпустил меня из объятий, что-то соображая.

— А… Что же…

Фергюс смешался.

— Говори, не стесняйся, я не обижусь.

— Фергюс, ты здесь! А я ищу тебя.

Джейми заслонил собой дверной проем. Найдя Фергюса, он не ожидал найти меня, и теперь его брови ползли вверх.

— Здесь не нашлось других платьев? — резонно поинтересовался он, тут же забыв свой вопрос. — Фергюс, немедленно уходим: бренди в восемнадцатом проходе, а за мной увязались акцизные чиновники.

Фергюс, слушаясь приказа, убежал вслед за Джейми. Я снова слушала звук отдаляющихся шагов.

Мне вовсе не хотелось оставаться одной, отсиживаясь в спокойном месте, — я желала быть там, где был Джейми, хоть это было рискованно и небезопасно. Красноречивая сорочка не могла служить одеждой, поэтому я подыскала себе в комнате портнихи большую шаль в розоватых штокрозах.

Вчера, ясное дело, я не осматривалась даже в самом борделе, не говоря уже о том, чтобы обращать внимание, где находятся черные выходы или какие-либо потайные двери, ведущие, например, на соседние улицы. Впрочем, понять, где главная улица, было легко — там был шум и гомон голосов. Значит, восемнадцатый проход, о котором говорил Джейми, находился на задворках, следовательно, мне нужно идти в сторону, противоположную главной улице. С другой стороны, я могла и ошибаться, если принять во внимание особенности застройки шотландской столицы: Эдинбург был полон различных крыльев, флигелей и пристроек, а стены домов не были ровными. Таким образом можно было экономно использовать имеющееся пространство — в изобретательности горожанам нельзя отказать.

Слушая, как грохочут бочки по мостовой, и думая, куда в таком случае нужно идти, я стояла под лестницей. Откуда-то взялся сквозняк — оказалось, ветер дул из открытой двери кухни.

Ее открыл мужчина, смотревший на меня во все глаза. Вскоре он заулыбался и вцепился мне в руку на уровне локтя.

— Не спится вам? Ну да, куда уж там. Но вообще ваши дамочки выходят много позже. Слишком рано для вас.

— А как же изречение «Кто рано ложится, тот рано встает»? — пыталась увернуться я и словом, и рукой.

— Не знаю таких изречений.

Он оскалился, показывая плохие зубы.

— Ну-у-у… Это американская поговорка. — Цитировать Бенджамина Франклина было неудачной мыслью: верно, его здесь никто и не читает, а то и слыхивать не слыхивали. Впрочем, его работы могли были быть еще не опубликованными.

— Строишь глазки, девочка? Не трудись, я знаю — ты здесь по ее приказу. Хочешь запудрить мне мозги, пока там обделывают делишки, да?

— По чьему приказу?

— По приказу мадам, чьему же еще! — мужчина повертел головой. — Где она сейчас, не скажешь?

— Откуда же мне знать. Я пойду, пустите. — Он все еще держал меня за руку, намереваясь куда-то утащить.

Мои надежды высвободиться были напрасными. Здоровяк ухватил меня за плечо и горячо зашептал:

— Кошечка, я знаю, ты любишь звонкие монетки. Поможешь мне? Мы накроем контрабандистов и получим награду, процент от того, что будет при них. Неплохой куш, скажу я тебе. Об этом будем знать только мы с тобой. — Я чувствовала запах из его рта. — Так что, киска? — Он пихнул меня под бок; под подобием моей одежды стал виден сосок.