Онлайн книга «Барабаны осени»
|
— Знаю, каково тебе, — сказала я, вглядываясь в долину внизу. — Тише-тише, не волнуйся. Новая вспышка озарила темный склон. — Раз гиппопотам, два гиппо… — Могу поклясться, земля содрогнулась. Конь издал дикое ржание и встал на дыбы, хотя я изо всех сил натягивала поводья. Копыта замолотили по мокрым опавшим листьям. В воздухе повис сильный запах озона. Вспышка. — Раз, — процедила я сквозь зубы. — Черт возьми! Ой! Раз гиппо… Вспышка. — Раз… Вспышка. — Ой! Мама! Я не поняла, как упала. В один миг передо мной мелькнули поводья, панически метнулось сильное тело животного весом в добрую тысячу фунтов. В следующий миг я уже лежала на земле, глядя в кружащееся темное небо. От удара из меня едва не вышибло дух, я отчаянно пыталась снова собрать себя в кучу. Затем мне все же удалось сделать вдох. Я лежала неподвижно, с закрытыми глазами. Дождь лил в лицо, вода собиралась озерцами в глазницах и струйками стекала к ушам. Лицо и кисти рук окоченели от холода. Руки, по счастью, шевелятся. Ноги. Я подвигала левой — больно, но не слишком, только колено саднит. Я с трудом повернулась на бок — мешала намокшая, тяжелая одежда. И все же эта одежда защитила меня от серьезных травм. Донеслось тихое ржание, едва различимое в оглушительных раскатах грома. Лошадиная голова торчала из зарослей кустарника футах в тридцати выше по склону. Прямо за зарослями гора резко шла под уклон. В том месте, где я упала и скатилась вниз, пролегла глубокая борозда. Выходит, конь стоял у самого обрыва, который я не заметила из-за разросшихся кустов. Наверное, в панике он отступил к краю, но интуитивно почуял опасность и подался назад, ничуть не позаботившись о всаднице, и я соскользнула вниз. — Ах ты ж, мерзкая скотина! — проворчала я. Уж не заключало ли незнакомое немецкое имя в себе подобной характеристики? — Я из-за тебя чуть шею не свернула. Я утерла грязь с лица все еще дрожащей рукой и стала соображать, как мне снова подняться. Похоже, что никак. Позади гора по-прежнему резко шла под уклон, упираясь в каменную глыбу, а прямо передо мной оказался неглубокий овражек, по которому бежал ручей. Надо подумать. Никто не знает, где я. По сути, я и сама не знаю. Хуже всего, что искать меня кинутся не сразу. Джейми подумает, что я пережидаю непогоду у Мюллеров. Мюллеры уверены, что я спокойно добралась домой. Даже если они вдруг забеспокоятся, пойти за мной никто не сможет, потому что ручей вышел из берегов. А к тому времени, как обнаружат размытую тропинку, мои следы смоет дождь. Хорошо, я хотя бы не разбилась. Зато осталась без лошади и без еды, в полном одиночестве, не зная, куда идти, и насквозь промокла. С уверенностью можно сказать одно: от жажды я не умру. Вспышки молний продолжали трезубцами озарять небо то тут, то там, однако гром теперь звучал тише, как будто издалека. Я не боялась, что в меня ударит молния, — вокруг полно целей получше, например большие деревья, росшие в одиночестве, — но все же не мешало бы найти укрытие от дождя. Ливень продолжался. Капли скатывались по носу с завидной регулярностью. Прихрамывая и от досады проклиная все на чем свет стоит, я начала спускаться по скользкому склону к ручью. Этот ручей тоже разлился. Из воды торчали верхушки кустов, их листья трепал бегущий поток. Я продиралась через колючие заросли остролиста и можжевельника к каменистому южному склону, надеясь, там найдется грот или пещера, чтобы укрыться от непогоды. |