Книга Барабаны осени, страница 210 – Диана Гэблдон

Я рассмеялась и обняла Джейми, крепко прижавшись к нему. Моя рука сползла вниз по его животу и замерла, остановившись гораздо ниже пупка.

— А что значит пожалеть?

Джейми поспешно схватил меня за руку, избегая дальнейших вторжений.

— Не так, — буркнул он.

— Может, отвлечешься, не так больно будет… — Я соблазнительно погладила его пальцами.

Джейми тотчас затянул потуже пояс.

— Ты считаешь? — сухо спросил он. — Вот что я скажу, саксоночка. Если б мы лежали дома в теплой постели, а изнутри меня грел ужин, твоя идея пришлась бы вполне кстати. А теперь при одной даже мысли… Господи, женщина, ты сама-то хоть знаешь, до чего у тебя руки холодные?

Я прижалась щекой к его спине и засмеялась. Я почувствовала, как клокочет от смеха и у него внутри, хотя рассмеяться в голос ему было больно.

Теперь мы лежали молча, прислушиваясь к шепоту падающего снега. Под тсуговыми ветвями царил полумрак, но мои глаза скоро привыкли к темноте, и сквозь просветы в иголках я наблюдала за таинственным мерцанием снега над головой. Мелкие снежинки пробирались меж иголок, туманясь под навесом белым облачком, и время от времени щеку покалывало от холода.

Джейми превратился в темный сгорбленный силуэт, но так как глаза постепенно стали видеть в темноте, я различила бледную полоску шеи между воротником рубашки и спутанными волосами. Его кудри, мягкие и прохладные, лежали у моего лица; немного повернув голову, я дотянулась до них губами.

— Как думаешь, который час? — спросила я, потому что сама не имела никакого представления. Я ушла из дома уже после того, как стемнело, и целую вечность блуждала в горах.

— Поздно, — ответил Джейми. — И до рассвета далеко, — добавил он, поняв, о чем я спрашивала на самом деле. — Едва минуло равноденствие, сегодня одна из самых долгих ночей в году.

— Прелестно. — Было ужасно холодно, я все еще не чувствовала пальцев на ногах, но дрожать перестала. Меня охватила пугающая сонливость, тело расслабилось после тяжелой работы и начало остывать. Перед глазами проносились картины — мы оба тихо замерзли, свернувшись в листве, как дикобразы. Скажут, это была легкая смерть… Тем не менее меня такой исход не привлекал.

Джейми дышал глубже и медленнее.

— Не спи, — сказала я, ущипнув его под мышкой.

— Ай! — Он прижал руку к боку, чтобы унять боль. — Почему?

— Нельзя спать, мы замерзнем.

— Не замерзнем. Идет снег, он нас укроет.

— Я знаю, — сварливо огрызнулась я. — И что с того?

— Снег холодный, если дотронуться, — терпеливо объяснял Джейми. — Но внутрь он холод не пускает, ясно? Как одеяло. В доме, который замело снегом, намного теплее, чем если бы он стоял на ветру. Почему медведи не замерзают? Спят всю зиму.

— У них толстая жировая прослойка, — возразила я. — Я думала, им поэтому тепло.

— Ха-ха. — Джейми хохотнул и тяжело подался назад, облапив мои бедра. — Чего ж ты тогда волнуешься?

Испытывая большое облегчение, я потянула вниз воротник его рубашки и лизнула сзади в шею до самого затылка.

— О-оооо. — Джейми весь содрогнулся, стряхнув снег с укрывавших нас ветвей, отпустил мои бедра и потер шею. — Вот зачем ты так жестоко? — пожаловался он. — Я же валяюсь тут беспомощный, как бревно.

— Да ладно, притворщик! — воскликнула я и подвинулась ближе, чувствуя себя уверенней. — То есть насмерть мы не замерзнем?