Книга Звезда бессмертия, страница 180 – Анна Чернышева

— Так далеко от…

Я хотела сказать от дома, от мамы, но ведь все равно не могла вернуться туда. К тому же за последнее время, я уже привыкла чувствовать себя дома там, где был мой Громила.

— Но пастырь говорил, что инквизиция есть везде, – только и смогла возразить я.

— Конечно, есть, у нас одна инквизиция, здесь другая. Постараемся ей не насолить, и все будет хорошо.

— А я что буду делать? – вдруг покраснев и тоже потупившись.

— Ну… Если ты не против… Ты будешь хозяйкой в нашем доме.

— Готовить обеды и рожать детей?

— Так ты против… – вздохнул он грустно.

— Нет… с чего ты взял? Я…согласна…

— Странно у нас все, – заметил повеселевший Ганс. – В чистом поле, под открытым небом, в чужой стране. Я должен был бы просить твоей руки у родителей, торжественно, по всем правилам. А теперь, они даже не узнают, что мы поженимся.

— Уже очень давно, мама сказала мне, что я должна сама выбрать себе мужа, и она одобрит любой мой выбор.

— А отец?

— Он добавил тогда, что мама абсолютно права. И он даст свое благословение сразу, как только я решу выйти замуж. Я думаю, теперь бы они за меня порадовались. Жаль, конечно, что они так далеко.

— А мы к ним съездим, когда-нибудь! – убежденно заверил Громила.

— Мы и Гретту навестим?

— Напрасно она осталась в своем дурацком городишке, – поморщился Ганс.

— У нее там дом и семья. Еще до нашего отъезда она послала мужу весточку, чтоб они все возвращались.

— Хорошо, что инквизиция прекратила искать ведьму в их семье. А вдруг, опять начнут? Лучше бы они ушли с нами.

— Один Бог знает, что на самом деле лучше, – вздохнула я.

— Вот съездим к ним и узнаем.

— Когда же это станет возможно? – горестно вздохнула я.

— Когда мы с тобой станем солидными венецианцами, я отпущу пышную бороду, а ты… – Ганс рассмеялся, – а ты станешь солидной, толстой фрау. Тогда нас никто не узнает и не сдаст доминиканцам. Только боюсь долго придется, нам этого ждать. Впрочем, кое-что можно сделать прямо сейчас.

— Что? – спросила я испуганно.

Продолжая смеяться «Кроха» полез в свою большую дорожную сумку, долго там рылся, делая вид, что не может найти того, что ему нужно. И рассуждал при этом:

— Я смотрю, твое когда-то красивое зеленое платье, совсем по– истрепалось в дороге. Даже позолота стерлась и потускнела. Да тебе никогда не шел этот цвет.

Я собралась уже оскорбиться, ожидая от него только новых колкостей, парировала обиженно:

— Я бы с удовольствием переоделась, да нет у меня другого платья. И ты это отлично знаешь!

— Помнишь, я как-то пообещал тебе веселенький пурпурный наряд, чтоб улучшить цвет лица? Так я ведь не зря так долго шастал по разным лавкам, в том большом городе, пару недель назад… в общем… это тебе.

Он извлек из своей бездонной сумки большой сверток и подал мне. Неожиданно разволновавшись, я медленно развернула грубую мешковину и ахнула! Ярким цветочным лепестком глянуло на меня алое пламя. Я даже не сразу сообразила, что это просто ткань, едва не выронила сверток.

— Чего ж ты испугалась? Разворачивай, разворачивай!

Я первый раз в жизни держала в руках такую красоту! Неужели простые женщины могут носить такие великолепные красные платья?! Я была уверена, что этого быть не может.

— Нет! Я не смогу это носить! Такие вещи нельзя надевать просто так!