Книга Звезда бессмертия, страница 179 – Анна Чернышева

Пестрой чередой бегут дни, складываются в недели, месяцы. Двадцатый век, вполне благополучно сменяется двадцать первым. Глобальные катастрофы и резкие перемены, которые все пророки норовили приурочить к смене тысячелетий обошли нас стороной. Оставшись только на страницах книг и кадров фильмов. Жизнь идет себе, идет потихонечку. Не обращая ни малейшего внимания на наши страхи и предположения.

Мое собственное современное существование становится таким приятным и безоблачным, что на какое-то время, я и вспоминать перестаю свои бурные приключения, в неизвестных мирах, так похожих на европейское средневековье. Я уже начинаю сомневаться, что невероятные не поддающиеся логическому объяснению события, происходили именно со мной, не были подробностями из чужой, увлекательной истории. Надо же, пролетают года, столетия, а землю поливает такой же дождь, на нее смотрят всё те же звезды, становясь свидетелями бессмертной любви, именно той силы, которая отличает живое от мертвого, которая заставляет нас дышать, надеяться, верить.

Я снова вспоминаю худенькую, бледную Анхен, стоя возле большого институтского окна. Далеко внизу, по черному блестящему асфальту скользят туда – сюда машины, мимо плывут зонты, через их однообразный черный поток пробирается одинокий веселый, ярко малиновый зонтик. По стеклу быстрыми змейками сбегают капли дождя. Я прослеживаю их путь пальцем. Настроение такое же серое и дождливое. Грустно! Саша далеко в командировке, я чувствую себя такой же одинокой, как этот малиновый островок. Хорошо бы встретиться с любимым, хоть как –нибудь, хоть где-нибудь! Идея увидеться со средневековым Гансом, поражает своей веселой шкодливостью. Ведь Саша где бы он ни был, увидит то же самое. Жаль, я не могу управлять тем, что там происходит. Сосредоточиваюсь, даже зажмуриваюсь. Получается!

Я оказалась под ярко-голубым небом, посреди огромного зеленого луга. Что-то неуловимо щемящее подсказало мне, что двадцать первый век, немыслимо далек.

— Вот мы почти добрались!

Услышав голос Ганса, я стремительно обернулась.

— Куда добрались?

— Надо же нам где-то начинать новую жизнь. Здесь мы ее и начнем, – довольный Ганс расплывается в улыбке.

— Прямо здесь? В чистом поле? – я стала удивленно оглядываться. – Здесь же ничего нет!

— Глупенький Заморыш, я же сказал, что мы почти добрались. Через четверть часа дойдем до деревни, где осел старый друг моего отца.

— Так мы к нему и шли?

— Не совсем, но надо же нам с чего-то начинать самостоятельную жизнь. Этот Витторе Кантони тоже оружейник, я надеюсь, первое время помогать ему в мастерской, а потом и свое дело открыть. Я все смогу, если…

Я впервые увидела Громилу таким смущенным. Он смолк, не договорив. Чтобы его подзадорить, я смотрю лукаво, переспрашиваю:

— Если?

— Если ты согласишься жить со мной…– бубнит Ганс, опустив голову, и глядя себе под ноги.

— Так Гретта была права! – я даже подпрыгнула от радости и сразу устыдилась проявлению излишней откровенности, напустила на себя строгий вид, и стала отчитывать Ганса, – Тебе следовало сначала спросить меня об этом, а уж потом тащить за тридевять земель. Я даже не знаю где мы!

— Почти на берегу Адриатического моря. Недалеко от города Венеции, – не поднимая головы, объяснил Ганс.