Книга Жизнь точки на карте, страница 90 – Айрин Серпента

— Как я понимаю вас, дорогая! – с притворным сочувствием улыбнулась Хилари. – И, наверное, ещё несколько сотен тысяч девушек.

— В него все влюбляются, – с ещё большей тоской в голосе подтвердила её новая знакомая. – Все мои подружки сходят по нему с ума. А ещё прошел слух, что он уходить собирается. Он ведь в аварию попал год назад…

— И что? – Хилари приподнялась с шезлонга, не скрывая своего волнения.

— Ничего, – девушка пожала плечами. – Он потом в гонках не участвовал несколько месяцев, и говорили, что он вообще пропал…

— Ну, теперь вы знаете, что он жив, – австралийка закрыла глаза, вновь расслабляясь под звуки новостей, гремящих из телевизора на всё помещение спа. Спустя две минуты она убедилась, что девушка поняла намёк и, грустно понурившись, уходила по кромке бассейна прочь. Глядя ей вслед, Хилари желчно усмехнулась. Такая домашняя малышка не смогла бы преподнести себя в подарок никакому мужчине, не выйдя за него замуж перед этим. Она привыкла жить с оглядкой на родителей: что скажет мамочка? а что подумает папа? А вот она, Хилари Орти, могла бы всё на свете. Могла бы… могла… преподнести подарок Крису Хантеру. Когда-нибудь он будет вынужден вернуться в свой номер…

Сверив номер комнаты с записью на упаковке, курьер рекламного магазина постучал в дверь и приготовил радостную улыбку, рассчитывая на хорошие чаевые – в период соревнований клиенты всегда щедро платят, особенно за их продукцию. Интересно, что они все в этом Строумере нашли? Джанкарло Брутон переживал за «Феррари».

— Ваш заказ, мадам!

— Merci, – темноволосая женщина в лёгком халатике кивнула и, уже не сводя своих восхитительных глаз с конверта, не глядя сунула курьеру несколько американских купюр. – Merci, bébé.

Джанкарло Брутон ушёл совершенно счастливый – эти прелестные молодые американочки абсолютно не умеют считать денег и нежных слов, которые ничего не значат.

Присев на кровать, Хилари надорвала упаковку и вытряхнула яркие рекламные проспекты из конверта на покрывало. Знакомое лицо мелькало на каждой странице – Джордж Генри Строумер. Как бы не так! В конверт были вложены краткая биография, вырезки из журналов и газет, размноженные на ксероксе, и фотографии – их было достаточно, чтобы обклеить стены небольшого отеля.

Биография оказалась самым кратким из документов – о Джордже Г. Строумере не было известно практически ничего. Он утверждал, что ему тридцать два года – но это невозможно было проверить. Разыскать в архивах сведения о его родителях, месте и времени рождения журналисты также затруднялись – Джек Строумер с лёгкостью владел четырьмя языками, и полное отсутствие акцента в его речи позволяло только гадать, англичанин ли он, американец, австралиец, уроженец Новой Зеландии или любой другой англоязычной страны мира. В настоящий момент он пользовался покровительством всемогущего дядюшки Сэма и Фрэнка Вильямса, денежные ресурсы которых позволяли чемпиону обеспечивать достойный его образ жизни. Вилла на Средиземном море была только одним из известных убежищ, где знаменитый автогонщик укрывался от назойливости журналистов в перерывах между сезонами «Формулы-1»; двое охранников, обеспечивающих безопасность, были настолько преданы ему, что никто и никогда не смог бы узнать от них, где находится чемпион мира в данный момент. В различных странах мира его встречали с разными женщинами, но постоянной не была ни одна – Джордж Генри Строумер убеждённо вёл холостяцкий образ жизни. Хилари намеревалась покончить с этим безобразием.