Онлайн книга «Четырнадцать дней непогоды»
|
«Теперь вы, Софи, позвольте мне спросить», – произнесла Александра Федоровна. – Софья кивнула – «Вы готовы ехать, у вас есть все необходимое для путешествия и последующей жизни?» – «Да, Ваше Величество». – «Знаю, ваш брат – состоятельный человек, он сможет оказывать вам необходимую поддержку. Хотя бы об этом я могу не беспокоиться». – «Вы правы, Ваше Величество, но только отчасти, – говорила Софья, которая с недавних пор начала свободнее разговаривать с императрицей, встретив в ней, кроме известных доброты и приветливости, понимание и сочувствие, – да, мой брат будет поддерживать меня, но только материально. Он не благословляет моего решения и нашего союза, и… я не услышала от него не единого доброго слова, когда собиралась все эти дни». – «Как же, Софи? Я не знаю вашего брата лично, но… И все это время вы, в одиночестве? Вам следовало сказать мне об этом, – с легким укором произнесла императрица, – я могла бы отпустить с вами Надину – она помогла бы и не дала вам скучать». – «Спасибо, Ваше Величество, но я не стала тревожить Надину – ma belle soeur очень помогает мне. Она даже собралась провожать меня завтра до ближайшей станции, если брат отпустит», – проговорила Софья, которая была так огорчена отношением Павла, что не могла скрыть этого от государыни. «Ваша belle soeur? Она так привязана к вам?» – «У Евдокии добрая душа, ваше Величество. Она полюбила меня как родную сестру, хотя мы с нею не успели и узнать друг друга. А для Евгения она и вправду сестра…» – решила Софья открыть Александре Федоровне и это – настолько искренне была заинтересована государыня в ее судьбе, так располагали к доверию ее приветливость и доброта. «Я не понимаю вас, ma chere», – удивленно проговорила императрица, и Софья поспешила объяснить: «Конечно, Евдокия не кровная ему сестра, Ваше Величество. Но она с детства любила его, как родного брата». – «Какое удивительное существо ваша belle soeur, – задумчиво произнесла Александра Федоровна, – она будет мне представлена». – «Вы слишком добры, Ваше Величество…– проговорила Софья и остановилась, – нам с вами должно проститься», – после паузы добавила она, взглянув за окно и увидев, как начинает темнеть осеннее небо. «Простите меня, Софи, я совсем забыла, что завтра вы выезжаете чуть свет», – засуетилась императрица, вставая с кресел. Софья, поднявшись, приблизилась к государыне. «Прощайте, Ваше Величество. Я никогда не забуду вашей бесконечной доброты, вашего понимания», – с выступившими на глазах слезами говорила девушка. – «Прощайте, Софья, – Александра Федоровна впервые так назвала ее, – и пусть Господь благословит и не оставит вас на этом нелегком пути, что вы для себя избрали». Государыня, глаза которой невольно увлажнились, совсем по-матерински перекрестив девушку, протянула ей руку. А Софья, уже не сдерживающая слез, опустилась на колени и благоговейно прижала ее к губам. * * * Рассветы в конце октября поздние и какие-то тусклые. Так и сегодня в пробудившемся небе не было никаких переливов из черного в фиолетовый, затем пурпур и багрянец, из которого розовый становится сиреневым и, наконец, голубым. Просто иссиня-черное небо как-то внезапно просветлело, и показалась плотная серая завеса туч, непроницаемая ни для единого солнечного луча. |