Книга Брошенная невеста морского дракона. Хозяйка Штормового приюта, страница 8 – Юлий Люцифер

Трехэтажное здание возвышалось над бухтой, развернув к морю длинный потемневший фасад. Несколько окон были заколочены досками. На крыше не хватало части черепицы, а одна из водосточных труб висела под неправильным углом. Над входом покачивалась вывеска, половину которой скрывал мох.

— В хорошую погоду остров выглядит приветливее, — сказал капитан королевского курьерского судна.

Я стояла у борта, придерживая капюшон. Ветер пах солью, мокрым камнем и водорослями. Мелкие капли оседали на ресницах.

— Сейчас плохая погода?

Капитан посмотрел на низкие облака.

— Для Кайрна — обычная.

Это многое объясняло.

Судно сбросило скорость еще на подходе к бухте. Два матроса работали с глубинной веревкой, проверяя дно, хотя на карте путь был отмечен как безопасный. Капитан не отходил от рулевого и несколько раз отдавал приказ изменить курс всего на несколько градусов.

— Здесь настолько опасно? — спросила я.

— В бухте нет. Если знать вход.

— А если не знать?

Он кивнул в сторону воды справа от нас. Под серой поверхностью на мгновение показалась темная вершина камня.

— Тогда корабль останется без днища.

— Почему риф не отмечен буйком?

— Раньше был отмечен.

Я дождалась продолжения, но капитан больше ничего не сказал.

Королевский курьерский корабль не смог подойти к причалу. Мы остановились в нескольких десятках шагов от берега, и меня пересадили в широкую шлюпку вместе с двумя матросами, сундуком документов и тремя дорожными кофрами.

Остальной груз должны были доставить позже: мешки муки, соль, сушеное мясо, инструменты, ламповое масло и несколько рулонов плотной ткани. Я оплатила припасы из компенсации, потому что официальный перечень имущества Кайрна не содержал сведений о запасах. В нем вообще было подозрительно мало полезного.

«Гостиница на тридцать две комнаты».

«Причал для торговых судов среднего водоизмещения».

«Сигнальная башня».

«Хозяйственные постройки в удовлетворительном состоянии».

Ни одной пометки о заколоченных окнах или отсутствующей части крыши.

Шлюпку качнуло. Я ухватилась за борт.

— Осторожнее, миледи, — сказал матрос.

— Уже поняла.

Морские путешествия никогда не доставляли мне удовольствия, но за годы помолвки я научилась переносить их без жалоб. Будущая жена наследника островного королевства не могла бледнеть при каждом сильном крене.

Теперь это умение пригодилось для поездки в изгнание.

Шлюпка подошла к причалу с западной стороны. Его основная площадка действительно существовала, но почти треть досок отсутствовала, а крайние опоры накренились к воде. Несколько мужчин ждали нас на уцелевшем участке. Никто не был одет для официальной встречи.

Старший из них, широкоплечий рыбак с сединой в бороде, поймал канат.

— К правой лестнице, — крикнул он матросам. — Левая третью неделю держится на честном слове.

Матрос, сидевший напротив меня, тихо выругался.

Шлюпку подтянули к почерневшим ступеням. Я поднялась, стараясь не смотреть вниз, где вода ударялась о сваи. Подол дорожного платья намок почти до колен.

На причале меня встретили шестеро мужчин, две женщины и девочка лет тринадцати в слишком большой шерстяной куртке. Чуть дальше стояли еще несколько жителей. Они разглядывали меня без особой радости.

Вероятно, за последние двенадцать лет на остров приезжало немало людей, обещавших что-нибудь изменить.