Книга Брошенная невеста морского дракона. Хозяйка Штормового приюта, страница 11 – Юлий Люцифер

На полках лежали три буханки темного хлеба, мешочек лука, несколько связок сушеной рыбы и банка крупной соли.

— Запасы гостиницы? — спросила я.

— Мои.

— А у острова есть общий склад?

— Есть. Там мука, сушеная рыба, немного овса, картофель и масло. После прошлой зимы осталось меньше, чем хотелось бы. Следующий торговец должен прийти через девять дней.

— Должен?

— Если не изменит курс.

— Почему он может изменить?

— Западнее обещали ветер.

Я записала: Запасы — проверить сегодня. До торговца девять дней.

— Пресная вода?

— Источник на северном склоне. Не пересыхал даже в сухое лето. Вода идет в деревенский колодец и в старую цистерну гостиницы. Трубы придется чистить.

— Отопление?

— Дрова покупаем на Большом Береге. На острове почти нечего рубить.

Еще одна статья расходов.

Я уже видела, как компенсация уменьшается быстрее, чем успевает высохнуть чернильная строка в расходной книге.

— Комнаты?

Марта взяла связку ключей.

— Начнем с тех, которые не опасны.

На первом этаже находились кухня, главный зал, небольшая столовая, кладовые, служебные помещения и несколько комнат для работников. Второй и третий этажи занимали гостевые комнаты.

Лестница скрипела, но не шаталась. Это я отметила как отдельную удачу.

На площадке второго этажа пахло сыростью сильнее. Марта открывала двери одну за другой.

В первой комнате отсутствовала половина оконной рамы.

Во второй стена покрылась плесенью.

В третьей протекал потолок.

В четвертой мебель выглядела так, будто ее использовали для драки.

— Здесь кто-то жил? — спросила я, рассматривая сломанный стул.

— Контрабандисты иногда заходили в гостиницу, пока я не начала держать собак.

— У вас есть собаки?

— Были. Одна умерла от старости, вторую забрал племянник на северный берег.

— Значит, сейчас собак нет.

— Сейчас есть я.

В пятой комнате сохранились кровать, шкаф и даже маленький стол у окна. Пыль лежала толстым слоем, но стекло было целым, а на потолке не виднелось мокрых пятен.

Я проверила стену возле окна, основание кровати и половицы.

— Эту можно привести в порядок.

— Можно.

Следующие две комнаты тоже оказались пригодными. В одной следовало заменить печную трубу, в другой — часть пола у двери.

На противоположной стороне коридора Марта остановилась перед поперечной доской, прибитой к стенам.

— Дальше восточное крыло.

— Там та комната, где упала крыша?

— И еще две рядом.

Я присела и посмотрела под доской. Коридор уходил в темноту. На полу лежала штукатурка, в конце виднелась перекошенная дверь.

— До осмотра Далена туда никто не входит, — сказала Марта.

— Согласна.

Она явно ожидала, что я стану спорить или доказывать смелость. Когда этого не произошло, в ее взгляде появилось одобрение.

На третьем этаже состояние комнат было хуже. Ветер проникал сквозь щели, несколько окон заколотили. Одна дверь разбухла так сильно, что ее не удалось открыть.

Зато из западной комнаты открывался вид на бухту.

Я подошла к окну. Внизу матросы перевозили последние ящики с корабля. За причалом море уходило к темной линии горизонта. Справа из воды выступали рифы. Слева берег образовывал полукруг, защищавший бухту от прямых волн.

Если восстановить причал и обозначить безопасный вход, здесь действительно могли останавливаться небольшие суда.

Только зачем им останавливаться возле закрытого пролива?