Книга Брошенная невеста морского дракона. Хозяйка Штормового приюта, страница 42 – Юлий Люцифер

В гостинице пахло мокрой одеждой, дымом и овсяной кашей.

Главный зал за ночь изменился до неузнаваемости. Между колоннами висели гамаки. На полу лежали свернутые паруса. Возле двух жаровен спали моряки, укрывшись одинаковыми серыми одеялами береговой стражи. У дальней стены были сложены ящики с судовой провизией.

Несколько человек уже проснулись. Один чинил ремень, второй помогал местной женщине переносить пустые котлы. Двое стражников стояли у двери в кухонный коридор.

Риана среди них не было.

— Вы встали, — сказала Тея.

Она вышла из малой столовой с тазом окрашенной кровью воды.

— Это запрещено?

— Пока нет. Сначала проверю.

— Мне нужно умыться.

— Проверю после.

Она поставила таз на пол, вытерла руки и без приглашения взяла меня за запястье.

— Пальцы?

— Чувствую.

— Холод?

— Нет.

— Соленый привкус?

— После вчерашней похлебки трудно определить.

Тея посмотрела на меня без тени улыбки.

— Айрина.

— Нет.

— Голова?

— Не кружится.

— Слабость?

— Есть.

— Значит, никакой магии.

— Сегодня мы только осматриваем систему.

— Осмотр глазами не запрещаю. Остальными частями тела не касаетесь ничего, что светится, вибрирует или выглядит древнее Марты.

— Я все слышу, — донеслось из кухни.

— Значит, запомните порядок действий, если она снова потеряет сознание, — ответила Тея.

Марта появилась с деревянной ложкой в руке.

— Если снова потеряет сознание, сначала приведу в чувство. Потом отругаю.

— При магическом истощении порядок правильный.

— Благодарю за профессиональное подтверждение.

Они обменялись взглядами, в которых уже успели договориться считать меня человеком, нуждающимся в совместном надзоре.

— Где командующий? — спросила я.

— На причале, — ответила Марта. — С рассвета проверяет корабль. Потом ходил к северному рифу.

— Без меня?

— Риф вам не принадлежит?

— Прибрежные знаки входят в акт передачи.

— Тогда можете предъявить ему счет за прогулку.

Я направилась к выходу.

Тея шагнула передо мной.

— Завтрак.

— Сначала умоюсь.

— Потом завтрак.

— После этого осмотр.

— Если съедите все.

— Мне двадцать семь лет.

— Организм об этом не знает. Вчера он отключился без вашего разрешения.

Спор занял бы больше времени, чем еда.

Я умылась холодной водой, села за кухонный стол и закончила кашу под наблюдением сразу трех женщин: Марты, Теи и Ниссы. Последняя делала вид, что занята подсчетом ложек, но каждый раз поднимала глаза, когда я замедлялась.

— Что с ранеными? — спросила я.

— Двое останутся в постели не меньше недели, — ответила Тея. — Человек с ранением бедра потерял много крови, но ночью жара не было. Капитанский помощник с переломанными ребрами дышит ровнее. Третий уже требует вернуть ему сапоги.

— Это хороший признак?

— Для сапог — плохой. Их унесло с палубы.

— Корабль сможет уйти?

— Не сегодня, — произнес мужской голос от двери.

Риан вошел на кухню так тихо, что я не услышала шагов.

Он успел переодеться. Вместо мокрого мундира на нем была сухая темно-серая рубашка под форменным жилетом. Волосы оставались влажными, но лицо выглядело лучше, чем ночью. Только под глазами пролегли тени.

— Рулевой механизм разрушен, — продолжил он. — Поврежден правый борт, сорвана часть обшивки возле кормы. До ремонта судно останется в бухте.

— У нас нет мастерской, — сказала я.

— Есть корабельный плотник на борту и люди, способные выполнить временный ремонт. Нужны древесина, смола и место для работы.