Книга Цветочная лавка попаданки на улице Теней, страница 55 – Юлия Правдина

Все шло хорошо. Лавка работала в обычном режиме, цветы радовали глаз, Лора болтала без умолку, даже не подозревая о надвигающейся грозе. Но внутри меня все было сжато в один тугой, трепещущий комок нервов. За исключением того, что каждый раз, когда открывалась дверь лавки, я вздрагивала и замирала, ожидая увидеть на пороге стражников в сияющих латах или, что хуже, моих «маму» и «папой» с ледяными лицами и свитком с королевской печатью.

Мы не планировали долгую поездку. Кай уверил меня, что на быстрой повозке дорога до поместья Ленстеров займет всего несколько часов. Получалось, что мы выезжаем утром, к полудню будем на месте, и, если все пройдет по плану, к вечеру вернемся домой. Я цеплялась за эту мысль, как утопающий за соломинку. «Домой». В мою лавку. На Улицу Теней. К вечеру. И завтра мы вместе с Каем встретим Новый год. Если, конечно, меня не запрут в той самой комнате с бархатными шторами и «успокоительным» чаем, откуда я когда-то сбежала.

Утро дня Икс выдалось ясным и морозным. Солнце слепило глаза, отражаясь от белоснежного покрова. Экипаж, который, как я думала, будет выглядеть как те простые повозки, что я видела на улицах города, поразил мое воображение. За мной заехала не повозка, а настоящая карета. Небольшая, но изящная, темно-синего цвета с золотыми узорами, запряженная парой вороных лошадей, чья глянцевая шерсть контрастировала с ослепительной белизной снега. Внутри было тепло и уютно, пахло кожей, деревом и дорогим табаком. Кай, одетый в строгий, но безупречно сидящий темно-серый костюм и плащ, выглядел как настоящий аристократ. Таким я его еще не видела.

Всю дорогу он меня успокаивал. Сам он держался с той самой, непоколебимой, почти царственной уверенностью, которая, казалось, была его второй натурой. Он рассказывал мне забавные истории из жизни столичных аристократов, комментировал виды за окном, стараясь отвлечь меня. Но мои мысли, как предатели, снова и снова возвращались к тому, что ждало меня впереди. Я сжимала руки в замок, чтобы они не дрожали, и смотрела в окно, не видя по-настоящему ни сверкающих сугробов, ни пролетающих мимо деревень.

Когда карета наконец свернула с главной дороги и покатила по знакомой, ухоженной аллее, ведущей к особняку, у меня перехватило дыхание. Вот он. Мой кошмар. Мое прошлое. Он выглядел еще более огромным и неприступным под белой снежной шапкой.

Карета плавно остановилась у парадного входа. Я отодвинула тяжелую бархатную штору и выглянула в окно. Сердце бешено колотилось. Двери особняка медленно открылись, и на пороге показался тот самый чопорный дворецкий, что когда-то с таким презрением наблюдал за моими унижениями. Его лицо, обычно бесстрастное, выражало легкую, но явную озадаченность. Видимо, визит отрекшегося наследника Рейнольдсов в компаний беглой дочери не значился в его расписании.

Он чопорно открыл дверцу кареты. Первым на морозный воздух вышел Кай. Он выпрямился во весь свой рост, и в его позе, в каждом движении читалась такая уверенная сила, что дворецкий невольно вытянулся еще больше. Кай повернулся и подал мне руку. Я сделала глубокий вдох, постаралась успокоить дрожь в коленях и, опираясь на его руку, шагнула на утоптанный снег. Я шла с высоко поднятой головой, глядя прямо перед собой, хотя периферическим зрением видела, как в окнах мелькают испуганные лица служанок.