Книга Школа благородных девиц Терезии Ольденбургской, страница 22 – Елизавета Соболянская

— Я очень постараюсь, — улыбнулась Терезия Борисовна и тут же подала слуге знак, по которому распахнули дверь в соседнюю комнату, и гостей пригласили пить чай.

Александра шла в гостиную с тяжестью на сердце. Ее собственное жалованье еще не обсуждали, что если ее светлости не понравится внимание супруга к посторонней незамужней девице?

Герцогиня держалась так же любезно, как и прежде. Наливала чай, задавала вопросы, втягивала Александру в диалог с директором училища правоведения, в общем, вела себя как умная, тонкая и рачительная хозяйка этого времени. У нее точно было чему поучиться, так что страх Александры вскоре отступил.

Когда же чаепитие закончилось, герцог предложил герцогине навестить здание будущего института и заодно провести инспекцию подготовки к строительству. Директор сослался на дела и уехал, а герцогская чета как-то очень быстро собралась, села в роскошную карету с гербами, напротив усадили Шурочку, и двинулись на Васильевский остров. По собранным в ряд лодкам, вмороженным в совсем не зимний лед!

Шурочка зажмурила от ужаса глаза, а вот Александра смотрела на Неву, смотрела на Петропавловскую крепость и думала о том, что, если лед проломится, она утонет сразу же. Но не потому, что не умеет плавать, а потому, что ее наряд из тяжелой натуральной овчины, плотной шерсти, хлопка и льна вмиг пропитается водой и утянет ее на дно.

Зажмуриться хотелось отчаянно, однако Саша смотрела в окно и с огромным облегчением вдруг заметила, что утлые лодки, вмороженные в лед и накрытые бревнами, связаны не только веревками, но и тонкой золотистой нитью магии. Стало легче, и девушка разжала крепко сжатые руки.

Карета пересекла Неву, покатила по набережной и вскоре остановилась на углу Каменноостровского и Большого проспектов возле барочного двухэтажного здания. Александра присмотрелась к нему и тихонько вздохнула. Конечно, все эти завитушки, лепнина и каннелюры — это красиво. Но в Петербургском климате очень непрактично. Чтобы здание не выглядело обшарпанным, его нужно каждый год красить и каждые три-четыре года штукатурить и поновлять лепнину.

— Это здание выкуплено вместе с участком, — пояснила ей герцогиня, — Петр Георгиевич пригласил архитектора, который его строил, чтобы разработать проект пристройки, но это дело времени.

— Прошу вас, дамы… — герцог вышел первым и чуть посторонился, открывая вид на засыпанный снегом небольшой хозяйственный двор.

Александра переступила ботиночками на неровной брусчатке, хозяйственно вынула из сумки записную книжку и огляделась. Бочка для воды — не накрыта крышкой и выглядит нечистой. Бочка для помоев стоит тут же, фу! Дрова… Дрова есть, но дешевые и сырые — это плохо, тепла не дадут, зато дым и угар опасны для детей. Ступени почищены кое-как — снова запись в книжке.

Герцог повел дам к парадному входу, и ее светлость восторженно говорила о том, как им повезло — холл отделан мрамором! Лестница с чугунными перилами дивно хороша, а гостиная на первом этаже вполне может стать приемной для родителей.

Александра фиксировала другое — огромный камин, увеличивающий расход дров, дорогой интерьер, который потребует внимания и опытной прислуги, гулкие коридоры, в которых не хватает половиков, и паркет в комнатах, отведенных под дортуары. Паркет, который очень быстро исцарапают детские кроватки.