Книга Божье чудовище, страница 73 – Лариса Петровичева

— Я попросил бы вас не называть мою невесту дурой, старший инспектор, – холодно произнес я, и Грей ошарашенно уставился на меня, не в силах уложить в разуме слова “моя невеста”. Потом он моргнул несколько раз и уточнил:

— Вот так прямо женитесь на ней?

Флер скрестила руки на груди и уставилась на Грея с вызовом, а я ответил:

— Вот так прямо женюсь.

Старший инспектор, пару секунд помолчал, потом вздохнул и провел ладонью по лысине.

— Гвоздики ей только не дарите, она их не любит. Представляете, что она выдумала? Выискала с ранья в архиве, почему Сонная Лоза была засекречена.

Вот так Флер, вот так умница – не тратила времени на подготовку к свадьбе, а занялась делами, возможно, желая унять волнение. Сейчас она смотрела на Грея так, словно он называл черное белым и ждал аплодисментов по этому поводу. Я закрыл за собой дверь и поинтересовался:

— Так почему же?

Флер торопливо взяла со стола несколько исписанных листков бумаги и ответила:

— Однажды на фабриках дома Эшфорд случилось восстание. Я так и не выяснила, что именно было не по нраву работницам, но лорд Эбенезер Эшфорд использовал Сонную Лозу, чтобы их утихомирить. А дозировка оказалась слишком велика, и много женщин погибло. Доктор Клаус писал об этом в своей книге!

Голос ее дрогнул, а у Грея заиграли желваки и почти сразу же унялись.

Если предки лорда Эшфорда использовали Сонную Лозу, то почему бы ему самому сейчас не готовить это зелье для работниц? Впрочем, старший инспектор прав: дела давно минувших дней не могут быть уликой в настоящем.

— Я все никак не могу выбросить это из головы. Понимаете, что это значит в связи с нашим делом? – спросила Флер, и глаза ее энергично сверкнули. – Дом Эшфорд знает рецепт Сонной Лозы! Он хранится в этом семействе много лет! Ладно, допустим, он считался утерянным, допустим, несчастные девушки работают на фабриках, и лорд правда их поддержка и благотворитель. Но он все равно связан с зельем! И он мог, например, продать рецепт кому-нибудь, если не использовал его сам.

— Домыслы, – пробормотал Грей.

Флер бросила свирепый взгляд в его сторону, сделала паузу и добавила:

— Я хочу поговорить с кем-то из работниц. Просто поговорить! Узнать, как живут в общежитии, как работают, чем кормят девушек – лорд Эшфорд ведь их кормит обедами, я читала про это в газетах. А еще лучше бы проверить их кровь. У нас как-то брали в приюте, проверяли, не болен ли кто лиманской лихорадкой.

— Глупости все это, – бросил Грей, глядя куда-то в сторону, и по его виду я понял: он согласен с Флер, начал думать, как все это провернуть и злится на себя за то, что думает. – И я в такое точно не полезу, с меня хватило одного покаянного письма лорду. Газеты снова будут орать, что Вейримар уже не знает, где искать виновных, лезет к порядочным людям.

— Вообще-то мысль неплохая, – сказал я. – Министерство труда недавно выпустило статью о здравии народном – всех работающих жителей столицы раз в год собираются проверять на скрытые болезни. Вот нам и анализы крови. Если Сонная Лоза там есть, то мы ее точно найдем.

— Если Сонная Лоза там есть, то лорд Эшфорд не дурак отправлять на такую проверку своих работниц, – парировал старший инспектор и простучал пальцами по столу какой-то знакомый мотивчик, вроде боевого марша. – Надо найти кого-то из бывших, такие точно есть.