Книга Чума для принца, страница 41 – Алиса Пачино

— Как?

— Я заберу её. Не твою душу. Не твою жизнь. А боль, которой тёмная питается. Я — Ведьма Миров. Я создавала миры из ничего. Я могу создать внутри тебя место, где твоя боль будет жить отдельно. И тогда тёмная потеряет интерес. И ты станешь свободной.

— Свободной? — Ника подняла на меня глаза. — Я не помню, что это такое.

— Я помогу тебе вспомнить, — сказала я. — Если ты позволишь.

Она смотрела на меня долго. Очень долго.

— Почему ты делаешь это? — спросила она. — Я предала тебя. Я хотела убить тебя. Я убила сестру Ксавьера и подставила тебя.

— Потому что я видела ту девочку, — ответила я. — Ту, которая заслуживала жить. И она всё ещё внутри тебя. Просто очень глубоко.

— А если ты не сможешь? Если тёмная убьёт тебя?

— Тогда, по крайней мере, я попробовала, — я протянула ей руку. — Выбирай, Ника. Смерть или свобода.

Она смотрела на мою руку.

В зале было тихо.

Мурка сидела у моих ног, наблюдая.

А где-то далеко, в пустоте между мирами, древняя тьма зашевелилась, почуяв, что её жертва может ускользнуть.

— Нет! — закричала Ника. Её глаза вспыхнули чёрным огнём. Она схватилась за голову, закричала — не своим голосом. — Ты не заберёшь её! Она моя! Она всегда была моей!

— Ника! — Я шагнула к ней. — Борись! Это не ты! Это тёмная говорит твоим голосом!

— Уйди! — Ника отшатнулась. Её тело изгибалось, будто внутри неё боролись два существа. — Уйди, или я убью тебя!

— Ты не убьёшь, — сказала я спокойно. — Потому что ты не чудовище. Ты просто девочка, которую никто не спас.

Я подошла ближе. Положила руку ей на плечо.

— Я спасу тебя сейчас, Ника. Но ты должна позволить.

Она смотрела на меня чёрными глазами.

А потом — моргнула.

И глаза снова стали карими.

— Сделай это, — прошептала она. — Быстро. Пока я снова не ушла.

Я закрыла глаза.

Серебряный свет вырвался из моей груди — но не ослепительный, не атакующий. Мягкий. Тёплый. Такой, каким я создавала миры тысячи лет назад.

Он вошёл в Нику.

И я увидела её боль.

Каждую каплю. Каждую секунду. Каждую ночь, когда она плакала в подушку, чтобы никто не услышал. Каждый раз, когда её мать говорила, что она недостойна жить. Каждый удар, каждое унижение, каждую потерю.

Тысяча лет боли.

Тысяча лет одиночества.

Тысяча лет тьмы.

— Я забираю это, — прошептала я. — Всё. Отдай мне.

Боль потекла по серебряному свету, входя в меня.

Я закричала.

Потому что тысяча лет боли — это слишком много для одного человека. Даже для Ведьмы Миров.

Но я держалась.

— Я не отпущу, — сквозь зубы сказала я. — Ты свободна, Ника. Ты свободна.

Последний кусок тьмы вышел из неё.

Ника упала на пол.

А я стояла над ней, шатаясь, чувствуя, как внутри меня бушует чужой океан боли.

— Я сделала это, — прошептала я.

— Нет, — раздался голос из пустоты. — Ты только начала.

Передо мной, из тени на стене, вышла она.

Та, кого я запечатала тысячи лет назад.

Ведьма Хаоса.

Глава 23. Духи древности

Она вышла из тени, как сон, который стал явью.

Высокая. Белая, как мел. Волосы — не седые, а прозрачные, будто сотканные из света, который погас. Глаза — два колодца тьмы, в которых не отражалось ничего. На лбу — символ, которого не было ни в одной книге. Три перечёркнутых луны. Знак отрицания.

— Ты спала слишком долго, сестра, — сказала Ведьма Хаоса. Её голос был тихим, но каждый звук дробил камни в стенах источника. — Я ждала.