Книга Дышу тобой, словно воздухом, страница 76 – Диана Валеса, Наргиза Огненная

Не смог бы притворяться, что ты для меня никто.

Голос становится хриплым, и я чувствую, как его пальцы на моей талии чуть сжимаются.- Каждый раз, когда ты что-то спрашивала, я хотел ответить. Даже когда ты перепутала меня с крысой, очень хотел, правда. Но я не имел права. Я не должен был даже приходить к тебе, а я приходил. Каждый день. Каждую ночь. Не мог держаться подальше. Ты стала для меня... всем.

Он замолкает, и в наступившей тишине я слышу только своё сердце, которое колотится где-то в горле.- Поэтому я молчал, - говорит он. - Потому что знал, если открою рот, то скажу тебе что-то, что нельзя будет забрать обратно. Или спрошу. Или...

Он не договаривает, но я и так понимаю. Если бы он заговорил, то раскрыл бы себя. А может быть, раскрыл бы что-то большее. То, что даже сейчас, когда он сидит передо мной, целует меня, смотрит влюблёнными глазами, мы оба ещё не готовы назвать.

Смотрю на него. И верю каждому слову. Потому что помню те его вздохи, ту борьбу, которую он вёл с самим собой. Потому что чувствовала, как тяжело ему было рядом со мной. Ладно, - говорю я. - Допустим, с этим я разобралась. Но есть ещё один вопрос. Спрашивай,

он снова улыбается, и от этой улыбки моё сердце делает кульбит. Кто тот третий? - я смотрю ему прямо в глаза. - Тот, кто ведёт игру. Ты сказал, что нашёл доказательства, что кто-то стравливает наши кланы. Кто это?

Улыбка на лице Кая медленно исчезает. Его глаза становятся серьёзными. Руки на моей талии напрягаются, и я чувствую, как под пальцами перекатываются мышцы.

— Cepa..

— Не пытайся увильнуть, - перебиваю я. - Из-за них пострадал мой брат Грэй. Ты ведь знаешь эту историю? Кто-то специально подставил отца Рейны, заставил его пойти на преступление. И Грей до сих пор мучается от этого, хотя уже всё позади. Я хочу знать, кто это сделал. Кто тот, кто разжигает эту войну?

Кай молчит. Смотрит на меня, и в его взгляде я читаю борьбу. Он хочет сказать, но что-то его останавливает. Я вижу, как желваки ходят ходуном.

Кай, - говорю я мягче, кладу ладонь ему на щеку. - Пожалуйста. Я имею право знать. Закрывает глаза на секунду, а когда открывает, в них что-то меняется.- Я скажу, - говорит он тихо. - Но не сейчас. Я не хочу, чтобы ты в это погружалась, пока не буду уверен, что смогу тебя защитить. Это опасно, Сера. Тот, кто за всем стоит, очень силён и очень хорошо прячется. Я уже почти вышел на него, но мне нужно ещё немного времени. Потерпишь?

Хочу возразить и сказать, что имею право знать, что не хочу, чтобы меня оберегали, как ребёнка. Но он смотрит на меня такими глазами, что все слова застревают в горле.

Ты можешь мне доверять? - спрашивает он.

Могу, - выдыхаю я. - Но ты обещаешь, что расскажешь? Всё, без утайки? Обещаю, - говорит он серьёзно. - Когда придёт время, я расскажу тебе всё. Я киваю, а Кай улыбается. Его рука скользит на затылок, пальцы путаются в кудрях, и я уже знаю, что будет дальше. Ты очень красивая, когда сердишься, - говорит он, наклоняясь ближе. - Но ещё красивее, когда улыбаешься. Я не сержусь, - пытаюсь возразить я.

Знаю, - шепчет он. - Ты на меня вообще злиться не умеешь.

Хочу сказать, что это неправда, что я ещё как умею, что он меня бесил с первого дня в академии, но его губы накрывают мои, и все слова исчезают.