Книга Дышу тобой, словно воздухом, страница 75 – Диана Валеса, Наргиза Огненная

Запутываюсь пальцами в его волосах, притягиваю ближе, и поцелуй становится глубже. Я чувствую, как его язык сплетается с моим, как он втягивает мою нижнюю губу, слегка прикусывает, и из груди вырывается тихий стон. Кай замирает на мгновение, а потом с рыком вжимает меня в себя так сильно, что становится трудно дышать Но я не хочу дышать. Я хочу только этого. Только его.

Губы альфы отрываются от моих, затем скользят по подбородку и челюсти, спускаются к шее. И когда его дыхание опаляет кожу на шее, я выгибаюсь дугой. Он целует каждый сантиметр, и от этого по телу разбегаются мурашки.- Кай... - шепчу я.

Он поднимает голову, смотрит на меня. Глаза у него яркие и серые, и в них столько желания, что у меня перехватывает дыхание. Но есть в этом взгляде и что-то ещё. Он смотрит так, словно я для него не просто девушка, которую он поцеловал. Словно я целый мир... О боже.

Ты даже не представляешь, что со мной делаешь, - говорит он хрипло. Наверное, то же, что и ты со мной, - выдыхаю я, и уголки его губ поднимаются в лёгкой улыбке. Блин, ну вот, я почти призналась.

Я чувствую, как его рука скользит по моей спине, останавливается на пояснице, прижимает ближе. Но в голове всё ещё роятся вопросы.

Собрав всю свою волю в кулак, я упираюсь ладонями в его грудь и отстраняюсь. Чувствую, как он напрягается, и руки на моей талии сжимаются крепче, не желая отпускать.- Мы не договорили, - говорю я. - У меня к тебе остались вопросы. Кай замирает. Смотрит на меня долгим взглядом, а потом его руки медленно разжимаются. Не пытается меня удержать. Просто смотрит.

— У тебя всегда ко мне вопросы, клубничка, - говорит он с лёгкой усмешкой. Я надуваю губы, стараясь выглядеть строгой, хотя понимаю, что покраснела до корней волос. Вся эта ситуация... Я на его коленях, растрёпанная, с припухшими от поцелуев губами. И это совершенно не способствует серьёзному разговору. Но я пытаюсь. Правда, пытаюсь.

И всё равно,

говорю я, вздёргивая подбородок. - Ты мне должен ответить.

Кай смотрит на меня. И в его взгляде такое обожание, что у меня сердце пропускает удар. Ты такая красивая, когда дуешься, - говорит он, и я чувствую, как жар разливается по шее, поднимается к ушам.

— Кай! - возмущаюсь я.

Он улыбается. И я не могу отвести взгляд.

— Спрашивай, - говорит он мягко. - Я отвечу.

Делаю глубокий вдох.

Почему ты притворялся, что немой? - выпаливаю я. - В подвале. Ты мог говорить, но молчал. Почему? Кай какое-то время молчит. Его руки, лежащие на моей талии, чуть расслабляются, пальцы вычерчивают на ткани какие-то узоры. А я жду. Затаив дыхание.

— Я не притворялся, - наконец говорит он, и я удивлённо вскидываю бровь. Вернее, не совсем. Сера, ты не должна была вообще никого видеть и слышать. Это было условие. Дед настаивал, чтобы ты не знала, кто тебя похитил, не могла опознать никого из нас. Мне запретили с тобой разговаривать. Запретили появляться на свету. Ты не должна была знать даже, сколько нас. Он замолкает, проводит рукой по моим волосам, убирает выбившуюся прядь за ухо. Я нарушил все возможные запреты, - продолжает он тихо. - С первого же дня. Когда ты очнулась и начала говорить... я не смог уйти. Должен был сидеть в другой комнате. Но я пришёл. Сел в кресло и слушал тебя. Ты говорила, а я не мог нарушить молчание. Потому что если бы я заговорил, то не смог бы остановиться.