Книга Не женщина - загадка!, страница 4 – Яна Ясная, Светлана Нарватова

Потому что я, кажется, определился, с кем хотел бы всю оставшуюся жизнь скандалить из-за волос в стоке ванной.

Зак

Ужин прошел спокойно, даже как-то по-семейному. У Марши словно тумблер переключили. Может, её успокоила клятва, а может, в её семье, как и у нас, было не принято обсуждать дела за столом. Она высоко оценила мой талант повара и выразила надежду, что остальное у меня выходит не хуже.

Я глубокомысленно согласился: да, я очень талантлив и разносторонне одарен! Готов продемонстрировать свои способности хоть сейчас!

Марша одобрила будущую демонстрацию, но только сначала меня нужно переодеть, сказала она. Потому что султанки немного отвлекают от восхищения и вызывают ржач. Кстати, нужно же вещи принести!

На этой мысли Марша засуетилась и пошла одеваться, чтобы выйти на улицу, а я остался убирать со стола и мыть посуду. Когда в коридоре стукнула входная дверь, я высунул нос за жалюзи. Прожектор прекрасно освещал площадку возле дома, и я убедился, что хозяйка благополучно закрыла дверцу, пискнула сигналкой и вошла в дом. Я поспешил в прихожую — встречать.

Марша втащила в дом три больших супермаркетовских пакета: в одном лежала стопка книг, два других были забиты вещами.

— Неси в кухню, будем знакомиться, что там нам досталось из сокровищ Сим-сима! — торжественно велела она.

— Щедрые у тебя родители, я посмотрю! — Набиты пакеты были от души.

— Это мама, — отмахнулась Марша. — У них с отцом разные представления о прекрасном. Они сходятся только в одном: мама — самое прекрасное, что случилось в его жизни. О, я узнаю эти ботинки! Отец их купил, когда я оканчивала университет, и просто ненавидел их всех душой!

Демисезонные боты были растоптаны, краска на носках стерлась, пятки безвольно замялись, подошва на каблуках сносилась, но в целом они ещё держались молодцом. Для своего возраста.

— У твоего отца какой размер обуви? — На вид они выглядели более-менее подходящими.

— Спроси что-нибудь полегче! Какой размер обуви у папы, знает только мама и никому эту тайну не откроет. Померь!

Я развязал шнурки и сунул в ботинки ноги. Ну-у-у… Ну они мне были почти как раз. Чуть упирались пальцы, но ходить в них было можно. Недолго, но это уже что-то! Для сезона они были чуть тепловаты, но жар костей не ломит. Особенно, на ногах. Плюс они были высокие, будет не заметно, что нет носков.

Марша, которая напряженно наблюдала за моими экзерсисами с обувью, нырнула в пакет и воскликнула:

— О! Танцуй! Ля-ля-ля-ля… — Она не слишком музыкально напела какой-то мотивчик и вытащила целый узлище носков, перевязанных резиночкой. Будто услышала мои мысли. Впрочем, при примерке обуви их сложно не угадать. — Подозреваю, здесь целых не очень много, но я дам тебе иголку и нитки!

— Думаю, иголка и нитки мне пригодятся в любом случае.

Ещё в пакетах нашлись джинсы: мягкие, потертые и даже заштопанные между ног, но в ремонте не нуждающиеся (папа в них ездил в Дублин на международный конгресс, какой прогрессивный папа!). Я натянул их прямо на свои (не свои) штанцы. Ну и здесь мне почти повезло. Точнее, повезло мне в любом случае: они мне налезли. Ну немного свободноваты — было бы хуже, если бы оказались малы. А то что коротки — так ботинки высокие. В мире должна царить гармония! Зато пара теплых свитеров мне пришлась прямо в пору, спасибо вытянутым рукавам.