Книга Бессмертная тьма, страница 219 – Тигест Гирма

«Будешь таращиться на мою суженую – глаза тебе выколю», – пригрозил Сузеньос, глаза которого озорно блестели.

Картинка слишком быстро померкла. Кидан вернулась на землю и вгляделась в красные зрачки и блистающие волосы Сузеньоса, в мерцающую тень стоящего за ним Самсона. Их история вплелась в созвездие времени, сшитая крепкой дружбой и предательством.

* * *

По окончании церемонии присутствующие переместились в зал торжеств. Играла легкая музыка, раздавались еда и напитки. Кидан пробовала угощения, улыбаясь Юсефу, на которого с поцелуями набросилась его двоюродная бабушка.

Подошел Самсон, держа бокал шампанского в обтянутой металлом руке. Кидан вспомнились доспехи из комнаты с артефактами. Серебряное покрытие исчезло. Кольца и браслеты тоже исчезли, ибо серебряные украшения в Укслее не разрешались.

У Кидан пропал аппетит. Сузеньос перехватил ее взгляд из другого конца зала, готовый прийти на помощь, если потребуется. Слен подняла голову. Юсеф скупо улыбнулся. Они тоже были начеку.

Самсон понизил голос, поставив бокал на высокий стол:

— Отдай мне артефакт, и вы трое можете быть свободны.

— Знаешь, я явилась сюда, желая спалить Укслей дотла, – призналась Кидан, хмуря брови. – Я терпеть его не могла.

— Это можно устроить, – задумчиво проговорил Самсон. – Отдай мне артефакт, и мы спалим это место. Сложнее всего было обойти пограничные законы.

Да уж. Укслей был прекрасной крепостью.

А потом Самсон сказал нечто, лишившее Кидан дара речи.

— Джун в городе и хочет тебя видеть. Если желаешь, сегодня вы можете встретиться.

Вот так запросто. Только перспектива эта Кидан не обрадовала.

«Как Мама Аноэт?»

Джун решила уйти и не вспоминать о прошлом.

— Я пас. – Кидан посмотрела на свой янтарный напиток. От отсутствия чувства вины на губах у нее едва не расцвела улыбка, а от принятого решения на душе воцарился блаженный покой. В кои-то веки она приняла решение ради себя самой.

В голосе Самсона появились грозные нотки.

— Сестра ждет тебя.

Губы Кидан растянулись в невеселой улыбке.

— Тогда передай ей мою просьбу, пусть катится к черту, ладно?

Кидан отвернулась. Самсон больно схватил ее за предплечье металлической рукой и притянул к своей плотной груди. Кидан вскрикнула. Сузеньос двинулся было к ней, но Кидан категорично покачала головой. Сузеньос остановился.

— На сестру тебе плевать, но у меня по-прежнему есть твой друг-монашек.

— Вот именно. – У Кидан задрожали ноздри. – И пока ты не освободишь его и не вернешь, нам с тобой обсуждать нечего.

— Мы не так договаривались. Сперва ты передашь мне артефакт, – сквозь зубы процедил Самсон.

Кидан жестоко ухмыльнулась:

— Добро пожаловать в Укслей. А теперь пусти меня, не то закричу.

Самсон обнажил жуткие клыки, и у Кидан душа ушла в пятки. Мимо прошли несколько студентов из Дома Роджитов, Самсон отпустил ее, но не отступил.

Изуродованная шрамом шея Самсона задела Кидан щеку, царапнув, как битое стекло, в ухо полились страшные слова:

— Я научу тебя настоящему смирению, наследница. С удовольствием тебя сломаю.

Кидан зыркнула на Самсона, чувствуя, как по спине бегут мурашки, потом отвернулась и зашагала к выходу. К ней пристроился Сузеньос.

— Ну? – судя по голосу, он едва не срывался.

— Мы убьем его, – ответила Кидан. – У меня есть план.