Книга Бессмертная тьма, страница 174 – Тигест Гирма

— Слен, поймай меня, если я упаду! – крикнул Юсеф и чуть не упал.

Слен выругалась сквозь зубы и бросилась к нему, вытянув руку.

Кидан прошла по траве и села, глядя на звезды. Ночной ветерок обдул ее, неся сладкий цветочный аромат. Кидан выдохнула. Это чувство… хотелось залить его в бутылку и пить вечно. Ничего хрупче она в руках не держала.

— Ответь мне на вопрос. Кто красивее, Андромеда или Рес? – спросил Юсеф, падая на траву рядом с ней. Слен устроилась с другой стороны.

— Андромеда, – с улыбкой ответила Кидан.

— Вот видишь? – Юсеф подмигнул Слен.

— Прекрати! – Слен запахнулась в свой жакет-оверсайз. Вид у нее был взбудораженный, голос звучал до непривычного сипло.

Тут Кидан что-то почувствовала, что-то слишком неуловимое для точного опознания. Она переключила внимание на свое обнаженное запястье. Тело приятно гудело. Люди, которых она встретила в этом кошмарном университете, неужели они ее исцеляли? Все это время? Мысли бешено кружились, успокаивались, взрывались неожиданными словами и чувствами. Без пальцев в таком не разберешься.

На траве Кидан начертила фигуру, которую, как ей думалось, давно забыла. В последний Кидан чертила ее за неделю до их с Джун восемнадцатилетия. Джун всегда нравилось отмечать заранее, чтобы меньше нервничать в сам день. Друзей им приглашать не разрешалось, и сестры праздновали одни. Они всегда дарили друг другу по пять подарков, чтобы создать иллюзию толпы гостей. Праздника.

— За печальнейших сестер на свете, – улыбаясь, говорила Кидан.

— За убогие убожища, – сияла в ответ Джун.

Та ночь была единственной в году, когда Джун не снились кошмары. Кидан не ложилась до рассвета, смотрела на мирно спящую сестру и чертила именно эту фигуру.

Медленное, дрожащее кольцо.

Символ радости.

Их пузырь сладкого делириума и контролируемого хаоса лопнул одним субботним утром. Троица сидела в кофейне «Ист корнер», своем новом любимом месте, ждала заказ Слен и обсуждала военную кампанию Демасуса и ее связь с конкордией. Слен и Кидан составили краткие выжимки семи классических произведений и выписали цитаты, которые могли потенциально пригодиться. Девушки ждали, что Юсеф не выдержит нагрузки, но он, как ни странно, работал с огоньком – в кофейне появился раньше Кидан и Слен, полный новых идей, с третьим кофе в руке.

— Если такой ценой достигается сосредоточенность, может, нам стоит ежемесячно устраивать убийства. – На сфокусированного Юсефа Слен смотрела с непривычной для себя страстью.

— Боже, да ты свихнулась! – Карие глаза Юсефа загорелись. – Придешь потом ко мне в студию?

— Нет.

Юсеф ухмыльнулся:

— Болтать не буду. Просто посмотришь, как я аннотирую исследования. – Он ухмыльнулся еще шире, и Кидан покачала головой, пряча улыбку.

Официантка подошла к их столику, поставила перед Слен кофе. Взяв стаканчик, девушка почувствовала, что сбоку приклеена записка. Слен замерла. Ее бесстрастные глаза тотчас стали оглядывать посетителей.

Кидан заметила и встревожилась.

— В чем дело?

Слен протянула записку.

«А если бы с башни упал твой родственник?

Сестра Рамин».

Юсеф отодвинул книги и подался вперед, чтобы прочитать.

— Сестра Рамин?

Слен вскочила и отшвырнула стаканчик с кофе, будто в нем был яд.

— У Рамин не было сестры. Кто-то надо мной издевается.