Книга Вечная погибель, страница 201 – Тигест Гирма

Джун задрожала. Земля под ногами покрылась снегом. Она упорно мотала головой.

«Я не могу. Я не могу».

— Глупая девчонка. Ты должна увидеть.

— Нет, – содрогнулась Джун. – Нет, я не хочу. Пожалуйста.

Она погрузилась в воспоминания Последнего Мудреца об ужасной войне между дранаиками и людьми – густой черный дым забил ноздри и рот. Джун ахнула и упала лицом вниз, на ладони. Трава исчезла, сменившись пеплом и кровью. Вокруг раздавались мучительные крики людей и свист оружия.

«Это не реально. Не по-настоящему».

Бесполезно. В реальности или нет, от такого количества боли вокруг у Джун внутри все сжималось и скулило. Она вскочила на ноги и побежала, спотыкаясь о раненые тела и хватаясь за руки, пытаясь отыскать солнце и тепло.

На горизонте появилась фигура в плаще, высокая и безликая, с длинными, словно ножи, когтями.

Из-под темного капюшона смотрели два красных глаза.

Варос, Ночной Лев.

Сердце Джун ушло в пятки. Он никогда не приходил один. Рядом с ним появилось еще четыре тени, каждая со своим серебряным оружием.

Ралонар, Ядовитый Лев.

Лидия, Львица с Раздвоенным Языком.

Хеленик, Рогатая Львица.

Нира, Безмолвная Львица.

Рядом с Джун был только один дранаик. Демасус, Клыкастый Лев, встречал надвигающуюся смерть двумя серебряными клинками.

Их лица всегда были скрыты размытыми тенями и масками. Последний Мудрец намеренно прятал их от Джун – чтобы скрыть ее от их гнева, и потому что она еще не заслужила их видеть. Лишь когда она убьет Кидан и станет преемницей учения Мудреца, он откроет их лица.

— Потому что с того момента ты станешь видеть только их, – сказал он. – До самой смерти. И если ты сделаешь какую-нибудь глупость, например начнешь их искать, ты умрешь. И все будет потеряно.

Джун знала только, что у Демасуса кожа цвета красного дерева. Он с невероятной скоростью ворвался в орду дранаиков и растворился в дыму. Оставшись одна, Джун упала на колени. Трава увяла, оставив лишь черную гниль. По телу пробежала зловещая сила – Джун не видела ее, но ощущала, словно пот на коже. Варос хотел полностью поглотить ее, сломить разум и дух.

Наконец, Джун закричала.

— Вот что нас ждет, если ты не исполнишь свой долг! – прогремел Последний Мудрец. – Ты должна убить без злобы, ради добра. Ради нашего наследия.

Джун кричала и кричала, пока фигура в плаще царапала ее плоть и разум.

— Прошу, пожалуйста, хватит.

Но это не прекращалось.

Вампиры были армией Вароса, порождениями тьмы и крови. У Последнего Мудреца тоже было свое войско: мужчины и женщины, вооруженные лишь рогами импалы и доспехами – мот зебейи.

Ужасы не прекращались, удар за ударом, жертва за жертвой, и Джун тоже могла умереть в любой момент – но потом иллюзия разлетелась вдребезги, словно разбитое камнем стекло.

Джун резко вернулась в реальный мир, оказавшись одна на полу своей комнаты. По ее щекам струились слезы.

Она на дрожащих ногах подошла к туалетному столику. Кожа стала липкой от пота, во рту по-прежнему ощущался привкус пепла войны. Джун медленно повернулась и слегка оттянула топ, чтобы увидеть шрам на спине.

Если бы только получилось вытащить артефакт – камень рубинового кольца – из своего тела. Но артефакт Первого Мудреца скрывался не только в ней. Другая половина, золотое кольцо, находилась внутри у Кидан. Согласно убийственному закону, кольцо Йонаса будет держать их в плену, пока они не выполнят его волю.