Книга Кулинарная магия: Моя прекрасная повариха. Самый вкусный пирог в мире. Черничная ведьма, или Все о десертах и любви, страница 225 – Лариса Петровичева

Когда Глория закончила работу, я снова сварил ей кофе и спросил:

— Что будем делать?

Она гордо вскинула подбородок.

— Ну уж точно не забиваться в какую-нибудь дыру. Я пойду в магазин, а ты в ресторан. У нас с тобой рабочий день, все как всегда.

Я понимающе кивнул и вспомнил, как давеча учил Аврелия уму-разуму. Хотелось надеяться, что наука пошла впрок.

— Поскорее бы приехали люди Бруно, – сказал я. – Помощь нам не помешает.

Глория кивнула, соглашаясь.

— Возможно, они уже… – начала было она и не договорила.

Над городом раскатился грохот – такой, что стекла в доме жалобно зазвенели.

Глория отставила чашку кофе и бросилась бежать. Я кинулся за ней. Наверно, их так учат бегать на тренировках: быстро, ровно, не сбавляя темпа – так на Черном Юге бегают пигмеи, изнуряя добычу до смерти.

Город еще спал. Пока я мчался за Глорией по улице, видел, как из домов выскакивают люди в исподнем, ошарашенно озираются по сторонам, не понимая, что случилось: то ли землетрясение, то ли конец света. Дети ревели на руках у матерей, мужики выскакивали с выпученными глазами и палками для лапты в руках.

Глория стрелой пролетела по улице, нырнула в проулок, и тут я увидел, как впереди, над домами, поднимается золотая драконья шея, увенчанная острой головой.

Бабы завыли, обводя лица защитным кругом. Мужики роняли свое немудреное оружие, понимая, что оно им ничем не поможет.

Дракон пришел. Дракон сиял всеми оттенками красного и белого, расправлял крылья, поводил плечами, пробуя силы. Не знаю, каким чудом я продолжал бежать и не скулил от страха. Наверно, просто знал, что не оставлю Глорию, что бы ни случилось. Волны ужаса текли от дракона, земля уходила куда-то прочь, и ноги становились ватными, но я все бежал…

Не сбавляя шага, Глория тряхнула рукой – над запястьем закружились бело-голубые туманные кольца, и она швырнула заклинание в сторону чудовища.

Дракон содрогнулся, весь пошел мелкой рябью, и Глория звонко прокричала:

— Не бойтесь! Это мираж!

Кто-то из горожан вздохнул с облегчением, и в воздухе повеяло уборной.

Дракон качнул тяжелой головой, словно высматривал среди улиц того, кто осмелился проверять его на прочность. Мы выбежали к магазину Аврелия и увидели, что мираж восседает как раз на его крыше. Смрад стоял такой, что резало глаза. Я бывал на бойне, но даже там не настолько сильно пахло кровью.

Глория остановилась, словно наткнулась на незримое препятствие. Я тоже остановился, пообещав себе, что, когда все это закончится, буду всерьез заниматься спортом. Пробежка по утреннему городу вымотала меня так, что легкие сейчас горели, а дышать было больно.

Дверь в магазин была приоткрыта, внутри царила тьма, и я понял: туда входить нельзя. Туда даже заглядывать нельзя.

Дракон опустил голову, расправил крылья и заглянул в лицо Глории. Зрелище было настолько впечатляющим, что я невольно поежился, но Глория лишь отмахнулась. Мираж фыркнул, обиженно и беззвучно, и стал таять. Где-то далеко на востоке засерело небо – наступило утро.

— Не ходи туда, – окликнул я, когда Глория шагнула было в сторону магазина. Взял ее за руку, но тотчас же разжал пальцы: неслышный приказ заставил меня отступить. Глория все равно сделала бы то, что считала нужным. – Глория, пожалуйста… Не надо.

— Там смерть, – откликнулась Глория, и мне показалось, что она готова заплакать, настолько прямой сделалась ее спина, настолько заострился профиль. – Там уже никого нет.