Книга Кулинарная магия: Моя прекрасная повариха. Самый вкусный пирог в мире. Черничная ведьма, или Все о десертах и любви, страница 176 – Лариса Петровичева

— Завтра займемся оформлением патентов Глории, – ответил Аврелий. – Такая талантливая волшебница не должна прозябать в этой глуши…

— Нам пока придется, – вздохнула Глория.

Я подумал, что если она запатентует ту тарелку, по которой можно говорить с кем-то на другом краю света, то у нее будет столько денег, что она станет богаче королевской фамилии. Тогда мне точно дадут пинка.

— Ты не ранена? – спросил я с искренней тревогой.

Глория отложила ватный шарик, и мне послышался далекий хруст льда.

— Нет. Все в порядке. Немного руки дрожат, но так всегда бывает, если долго не занимаешься, – ответила Глория.

Аврелий тотчас же добавил:

— Вам нужно практиковаться, Глория, такой талант не должен зарастать травой. У меня на заднем дворе достаточно места, можете заниматься, когда вам угодно.

— У нашего дома тоже есть задний двор, – буркнул я. – И сад. Глория, если ты не против, мне надо с тобой поговорить.

Я понятия не имел, о чем буду разговаривать. Мне просто хотелось увести Глорию подальше от Аврелия. Он мне не нравился, и чем дальше, тем сильнее. Да, я ревновал. Имел право, в конце концов.

— Пейте этот чай, – посоветовала Глория, поднимаясь с дивана. – Я зарядила для вас артефакты исцеления и устроила защитные пластинки по всему зданию. Все будет хорошо, Аврелий, можете не сомневаться.

— Разумеется, – мягко улыбнулся Аврелий. – Когда за дело берется такая сильная волшебница, как вы, то все идет так, как надо. Спасибо вам, Глория! Возвращайтесь завтра!

* * *

Глория

Мы вышли из магазинчика и неторопливо побрели по улице. Вечер был тихим и теплым, но я вдруг почувствовала, что меня знобит.

Все, что случилось сегодня, было возвращением к себе. После того как меня завалили на экзамене, я готова была навсегда отказаться от магии. Вести обычную жизнь, готовить в «Трех кошках» и никогда не вспоминать о том, что я могу. И вот сегодня я снова стала собой. Настоящая Глория спала все это время и наконец-то проснулась.

Я делала то, что у меня получалось лучше всего.

Женщины редко бывают боевыми магами. На нашем факультете было всего шесть девушек с такими способностями. И сегодня я лишний раз поняла: меня могут выкинуть, оболгать, обвинить в том, чего я не совершала, но моя магия всегда останется со мной, и это самое главное.

— Ты не пострадала? – спросил Виктор.

В его голосе звучала искренняя забота, и у меня вдруг возник соблазн снова наложить на него «руку тишины» и узнать правду. Но я прекрасно понимала, что это растопчет все, что может быть между нами. Виктор хочет выглядеть заботливым? Пожалуйста. Пусть старается.

— Нисколечко, – ответила я. – Все в порядке, не переживай.

Мне казалось, что он действительно волнуется, и я понимала, что не могу в это верить. Виктор отлично играл свою роль, когда притворялся влюбленным, а сам разведывал рецепт грушевого пирога и удивлялся тому, что у него ничего не получается.

Он хорошо готовил. Даже мастерски. Редкий критик умеет делать по-настоящему правильно то, за что на все корки бранит других. Но ему не хватало той малости, которая превращает отличное блюдо в запоминающееся.

Я помнила, как раньше готовила моя мама. Потрясающе. Очень вкусно. Но ее блюда стали уникальными тогда, когда они с отцом полюбили друг друга. И я невольно проецировала их идеальную семейную жизнь на свои отношения с людьми. Что ж, пришла пора наконец-то принять то, что так бывает далеко не у всех. Это редчайший случай, такая любовь, и никто не обещал, что у меня все будет точно так же.