Книга Да, моя королева! Дилогия, страница 42 – Татьяна Ткачук

Юн Хо же продолжал тщательно вытирать узкую подошву с маленькой розовой пяточкой – все-таки Со Хён была миниатюрной особой.

Лера засмеялась, дернув ногой: было щекотно.

— Чего ты? – не понял он.

— Не щекочи! – опять дернулась девушка.

— Говорю же – неженка! – удовлетворенно повторил он, принимаясь за вторую ногу, и Лера уже не вырывалась, покорно принимая его заботу, и только рассматривала черты лица, стараясь запомнить каждую черточку, каждую морщинку.

Зачем? Она и сама себя не понимала. Но с самой первой встречи этот таинственный человек притягивал к себе ее внимание, вызывал интерес. Лера была взрослой, осознающей свои желания девушкой. И сейчас она хотела только одного – чтобы этот мужчина как можно дольше находился рядом с ней, вот так держал ее своими теплыми сильными ладонями, хотелось слушать его низкий голос, слегка насмешливые интонации которого вызывали у нее непреодолимое желание улыбаться. И дерзить. Вот-вот! Хотелось на каждую его фразу ответить своей – острой и язвительной. Что это было? Защитная реакция?.. Желание привлечь внимание? Ну, как это бывает в детстве, когда мальчишка дёргает за косички понравившуюся девочку?.. Лера не знала, почему разбойник пробуждал в ней именно такие эмоции и желания…

Он же, не подозревая о том, какие мысли бродили в ее голове, отложил платок на траву, натянул сначала один белый носок на ее ножку, потом второй, и Лере сразу стало теплее. Вслед за этим на ногах девушки оказались конопляные сандалии, которые он завязал со знанием дела. Все это время он не смотрел в лицо девушки, сосредоточившись, казалось, на самом процессе ее обувания.

Наконец, и с этим было покончено, и Юн Хо, выпрямившись, протянул ей руку. Ухватившись за его пальцы, Лера встала, и разбойник сказал:

— Опять ты бродишь одна! Да еще в такое время! Как только родители тебе позволяют?!

— Ты думаешь, они знают? – хмыкнула она, выдирая пальцы из его ладони – уж слишком смущающим было это невинное, казалось бы, прикосновение. Но только не с ним, не с этим разбойником.

Мужчина осуждающе поцокал языком и покачал головой, от чего длинная нить бусин на шляпе задвигалась из стороны в сторону:

— А ты, оказывается непослушная дочь, девочка? И сегодня притворяешься простой безродной девчонкой, да, дочь советника Шим?..

При этих словах в голосе его прозвучало что-то такое, что Лера невольно поежилась: столько холода почудилось ей, что она неосознанно повела плечами. Но все же дерзко парировала:

— И всё-то ты знаешь, разбойник!

— Если и не всё, то очень многое! – мгновенно прилетел его ответ.

— А ты сегодня не прячешь свое лицо, да, разбойник? Не боишься, что я могу описать твою внешность магистрату и донести на тебя? – язвительно бросила Лера.

— «Донести»?! Пф! Не думаю, что здешний магистрат поверит выдумкам маленькой девочки!

— Не называй меня так! – сдвинула она брови.

— А как мне тебя называть, юная госпожа, если ты, действительно, еще совсем девочка? Тебе ведь, наверное, едва минула семнадцатая весна?

— Откуда ты знаешь? – поразилась она.

— Я многое знаю! – ответил он с невеселой усмешкой.

— Говоришь так, будто сам – столетний дед! – съязвила Лера.

А он вдруг весело расхохотался, подняв лицо к черному небу, а потом самодовольно ответил:

— Я встретил уже двадцать седьмую весну.