Книга Да, моя королева! Дилогия, страница 290 – Татьяна Ткачук

— Держись крепче, милая! – сквозь зубы бросил Юн Хо, и она только ответила: «Да!»

Далеко внизу слышались отрывистые мужские голоса, крики, но, кажется, преследователи были еще далеко.

У Леры зародилась хрупкая надежда, что враги потеряют их в этом диком лесу. Но вдруг рядом что-то вжикнуло, и в ближайший к ним толстый ствол дерева со свистом вонзилась тонкая, оперенная пестрым стрела. Конец ее еще вибрировал от соприкосновения с древесиной, а уже вторая летела следом.

— Юн Хо! Они стреляют! – закричала девушка отчаянно.

— Держись, Со Хён! Крепче держись! – тоже крикнул он, уводя коня в сторону, чтобы сбить стрелков с толку.

Но, похоже, шевелящиеся от их движения ветки не обманули преследователей. Тогда ватажник начал двигаться зигзагами, постоянно меняя траекторию. На какое-то время это сыграло им на руку.

А потом Лера почувствовала мощный толчок под правую лопатку, так будто кто-то злой и очень сильный со всего размаху ударил ее кулаком в спину.

Девушка вскрикнула от боли и почувствовала, как что-то теплое потекло по спине вниз. У нее перехватило дыхание, и руки внезапно онемели. Лера испугалась, что сейчас упадет, не в силах держаться дальше, и она крикнула:

— Юн Хо! Ах… Меня ранили!..

Он резко обернулся назад, глядя в лицо сидящей сзади девушки – в глазах страх:

— Потерпи, милая! Еще немного! Мы оторвемся…

Она закивала, от боли голос не слушался, и вместо слов изо рта вылетели какие-то хрипы:

— А… Д-да… Давай, любимый!..

— Еще чуть-чуть, сердце мое! Потерпи… – а сам уже опять вонзался пятками в многострадальные бока коня, понукая его. – Давай, друг! Вывози!..

При каждом скачке тело Леры пронзала боль, разливающаяся от лопатки к позвоночнику и ниже, к пояснице. Она изо всех сил обхватывала ногами круп лошади, но неприятное онемение вскоре начало распространяться на конечности, и из последних сил держась за пояс Юн Хо, девушка начала заваливаться в сторону, чувствуя как сознание покидает ее.

— Юн Хо… – только и успела прошептать побелевшими губами она, а потом выпустила из ослабевших пальцев пояс мужчины. И наступила темнота.

Очнулась девушка от боли. А еще от лихорадочного шепота знакомого голоса, зовущего ее:

— Со Хён!.. Девочка!.. Открой глаза, любовь моя! Ну же, малышка! Приди в себя!

Она подняла свинцовые веки и смутно увидела перед собой лицо Юн Хо – мученически кривившиеся губы, увлажнившиеся черные глаза, морщинка между трагически изогнувшимися бровями.

— Юн Хо… – выдохнула она. – Где… Ха Юль?..

— Она ускакала вперед…

— А мы? Они уже близко, да?..

— Нет… Еще нет… Ты не напрягайся, родная…

Девушка повела глазами по сторонам, но не увидела ничего, кроме колышущихся вокруг ветвей. Видимо, они успели подняться довольно высоко на холм, потому что ветер здесь был гораздо сильнее.

Лера лежала на земле на левом боку: кажется, мужчина специально так уложил ее, чтобы не тревожить лишний раз рану. Кстати, о ране…

— Что там, милый? Стрела?..

— Арбалетный болт, – скривился, как от зубной боли, он. – И очень глубоко засел… Вынимать нельзя – это убьет тебя…

Она помолчала, осознавая сказанное любимым. И вдруг тихо засмеялась и тут же снова охнула от боли.

— Что, девочка моя? Почему ты смеешься?.. – зашептал парень, мягко придерживая ее за плечи.

— Снова с правой стороны… Как и в первый раз… Когда Хван Бо… – пояснила она и вдруг закашлялась, почувствовав во рту неприятный железистый привкус. «Кровь!» – догадалась девушка. В уголке рта набух крошечный воздушный пузырек красного цвета, и Юн Хо большим пальцем отер его, до боли сцепив зубы – уголки его рта уползли вниз.