Книга Ивар и Эрика, страница 52 – Алексей Фирсов

Завопили рядом. Я побежал вместе со всеми. Бросился в пшеничное поле. Стебли путались под ногами, мешали бежать, но новые разрыва за спиной придавали скорости.

Быть подальше от этого ужаса стало главным чувством. Я бежал как испуганный ребенок, просто без памяти и единой мысли. Воздух резал горло и легкие пылали. Я бежал пока не споткнулся на краю поля и не упал на меже. Обернулся, сел, тяжело переводя дух. Позади мерцало зарево, и крики людей были мало различимы. Взрывов больше не было. Но я просидел на меже до рассвета. Потом побрел обратно. Шоссе вымерло.

Возле рва среди воронок от бомб громоздились остовы сгоревших автомобилей, лежали мертвые лошади, возле перевернутых повозок. Первого мертвеца я встретил в лесополосе. Мужчина лежал на спине, оскалившись, словно в насмешке. Грудь в крови, уже засохшей. Я его не знал. Ближе к воронкам трупы попадались все чаше. Мертвая женщина с оторванными до колен ногами лежала рядом с повозкой в одном белье. Меня замутило, и я сделал круг, обходя это место.

Во рву валялись лопаты. Некоторые в крови. Рядом лежало тело инженера Гриндберга. Судя по ранам, его лопатами и забили насмерть. Меня опять замутило.

Зря я не послушал вчера Вика. Может уже был бы рядом с Виндобоной!

Ноги сами понесли меня обратно в город, только я не пошел по шоссе или рядом, по обочине. Пошел вдоль поля, за лесополосой, чтобы в случае чего спрятаться.

Через полчаса, услышав рев моторов, я залег в пшеницу. Когда колонна прошла в сторону границы, выглянул вслед. Это были броневики, штук десять не меньше. Так я шел весь день, не приближаясь к шоссе и прячась в случае чего. Два хутора я обошел стороной, хотя очень хотелось, есть и пить. Солнце палило без жалости, словно была средина лета, а не конец весны. Хорошая, накатанная дорога вела от шоссе к дальней ферме, и я решился зайти туда, попросить еды и воды. Сил больше не было. Крепкий забор, но ворота нараспашку. Собаки не гавкают на чужака.

Это должно было меня насторожить, но я был слишком вымотан пешим путешествием и умирал от жажды. Я сделал всего несколько шагов по двору.

— А ну стоять! Руки подними! — приказали мне сзади.

Поднял руки и замер.

Из-за дома вышел в вразвалочку мужчина в старой виндобонской форме, в кепке «Кайскирк» с винтовкой в руках. Сзади мне ткнули между лопаток, похоже, винтовочным стволом.

— Кто такой? Дезертир?

— Ивар меня зовут, иду в Виндобону, домой. Никакой не дезертир… был на работах — копал ров…

— Обыщи его, Дайнис.

Меня обыскали.

Второй парень тоже был в форме, но без кепки.

— Чего тут забыл?

— Весь день иду, не еды не воды…

— Ладно, заходи в дом.

Я выпил три кружки холодной вкуснейшей воды и перевел дух.

За столом с разложенной сельской едой сидели еще двое парней в форме. Винтовки приставлены к стене.

— Садись, Ивар, поедим, что господь послал.

Я не стал заставлять просить себя дважды.

Колбаса, вареные яйца, козий сыр, зеленый лук… Рот наполнился и переполнился слюной. Когда наелся, рассказал еще раз про свои приключения.

— Где говоришь, жил? — переспросил седоватый дядька с пронзительными глазами.

— У ветролома.

— В доме Юргена?

— Верно.

— Так это у тебя жена теке?

Дружелюбие с лиц парней как рукой сняло.

— Эрика не теке!

— А то я не знаю! — ухмыльнулся седоватый. — Дайнис, позови Карлиса. Он мне все уши прожужжал твоей бабой!