Книга Люди и Демиурги, страница 48 – Алексей Фирсов

— Почему так много сапфиров?  Они совсем не ценятся?

— По преданию, древний король Харрум нашел здесь на берегу реки Свойл глыбу сапфира. Сапфиры были тогда дороги и он неплохо поживился распродавая свою находку по кусочкам. На эти деньги и был заложен Сапфировый город. Торговый путь по воде всегда популярен. Король построил мост-соединив юго-запад с остальной частью страны. Находясь на пересечении торговых путей город, окреп и начал богатеть. Он же первым завоевал независимость от королей династии Харрума.

Вот уже более трехсот лет Сапфировый город-самостоятельное государство и правит им совет нобилей-представителей самых знатных и старинных семей.

По обычаям предков они приглашают на пост верховного правителя человека со стороны без права передавать власть по наследству. Чужой человек не связан с местными-не имеет груза семейных обязательств или междоусобной вражды.

До Терцина верховным правителем был здесь совершенно ничтожный человечишка-аристократ из страны болтунов. Неудивительно, что Терцин легко его сменил.

— Так верховный правитель не имеет полной власти над городом?

— Да, ты, верно, понял, Ник. Что касается второго вопроса-сапфиры в цене, но только, то, что ты видел на улицах-не сапфиры-синее стекло, граненое в мастерских города.

Ходят легенды, что часть гигантского сапфира еще цела, и находиться глубоко в недрах земли под городом. Городу ничего не грозит-пока сапфир цел и спрятан от глаз людей.

— Для чего все носят вуали?

— Этому обычаю больше сотни лет, Ник. Я читала о том, что есть немало версий этой традиции. Вот изволь:

Эпидемия болезни изуродовала лица горожан страшными шрамами, и они прятали свои уродства друг от друга и от чужих людей.

Или вот еще-блеск сапфиров режет глаза и чтобы не лишиться зрения, горожане носят темные полупрозрачные ткани на лицах. Чушь конечно-от блеска стекла никто еще не ослеп!

— А что говорят сами горожане?

— Они ссылаются на старинные традиции.

— В своих домах они снимают эту паранджу?

— А что такое паранджа?

Ник рассказал про эту накидку на женских лицах в мусульманских странах в его мире.

Дэзи задумалась.

— Какие-то аналогии просматриваются, конечно, . . . Как горожане ходят у себя дома никто не знает. В гости чужаков здесь не приглашают. Перед чужими лица местных всегда закрыты.

Появилась тихо Ризи и, дослушав конец фразы, смиренно произнесла, потупив взор:

— Госпожа позволит мне увести Ника. Он мне очень необходим!

Дэзи улыбнулась бледными губами.

— Забирай своего милого Ника, ах, как я вам завидую!

Ризи покраснела, но, тем не менее, решительно протянув руку, взялась за пальцы Ника и увела его с собой в спальню.

Розовые в белую вертикальную полоску стены. Обои или краска-не понять, даже наощупь.

Широкая, тугая на ощупь кровать без спинок стояла посреди комнаты. Вместо подушек длинные валики, покрытые полосатыми тканями.

Вместо одеяла тонкая простыня. Свисающие с потолка шторы из полупрозрачной розоватой ткани. Ризи быстро пробежалась вокруг кровати задергивая шторы и мигом получился уютный шатер.

Ник и жевунка сбросили простыни с себя и отправились в его заманчивую тень.

Дэзи оказалась права.

Пожертвовав плодом верги, Варкел договорился об аудиенции у архимага. Ждать придется два дня, но надо бы потратить время с толком.