Книга Люди и Демиурги, страница 289 – Алексей Фирсов

— Важнее моего сына? !

— Моя дочь важнее, чем новорожденный! – отрезала Виллена. – Мы не могли продолжать погоню по двум направлениям одновременно!

— Мой сын мог уже погибнуть. . . Ты черствая и бессердечная. . .

Ник встал и вышел из комнаты. В груди залегла тяжесть.

«Она все решила и без меня!  Она все знает лучше!  А как же наш маленький сын?  Где он?  Что с ним? »

От сознания того, что крохотный, беззащитный человечек в чужих враждебных руках становилось страшно и тошно. . .

Бал Весеннеденствия начался в полдень на третьем ярусе первого класса.

Ник и Виллена прибыли на него опоздав на три часа. По традиции это поощрялось. Дурным тоном считалось-придти слишком рано.

Большой просторный зал с решетчатой стеклянной крышей наполняли веселящиеся пассажиры первого класса. Войдя под руку с Вилленой, Ник не смог сдержать удивленного возгласа.

До купола, по меньшей мере, метров двенадцать!  Стены зала стилизованны под полуразрушенные стены древнего замка или храма, погрузившегося в хаос джунглей: колонны, статуи красноватого камня едва проглядывают через листья и мощные стебли лиан.

В дальнем конце зала слышался плеск водяных струй и слегка истеричный, надрывный женский смех, порой он заглушал звуки музыки.

На балконах по обе стороны зала, метрах в четырех от земли старались смуглые музыканты. Дудок и тамтамов там имелось более чем достаточно.

Ритм они задавали ненавязчивый, но бодрый. По традиции гости явились на бал организованный капитаном корабля в одеждах далеких предков-в набедренных повязках их грубого беленого полотна.

Дамы смело вышагивали топлесс. Те, что стеснительнее, закрасили золотистой краской соски. Хрошо когда грудь как у Виллены-полная и тугая, а если как вон у той старухи– отвисшая до пояса?  Смотреть неприятно!

Сразу у входа в зал на стойках стюарды, также в набедренных повязках, раскладывали подносы с маленькими закусками, на один укус, разливали красное, желтое и зеленое вино в высокие стеклянные бокалы.

Гул от человеческой болтовни стоял как на вокзале в час пик.

Господин Диманчер, госпожа Диманчер взяли по бокалу вина с подноса.

— Мы слишком рано пришли. До полуночи разгуливать здесь что-то не хочется!

— Не капризничай. Отклонить приглашение капитана на бал-дурной тон. Мы должны быть естественными и двигаться в общем течении жизни.

— Зачем?  Если уже сегодня ночью. . .

— Ш-ш-ш!  Потише, дорогой супруг!

— Сколько же здесь народу? !

— Это не народ, это элита республики Гуран. Не вздумай их называть народом.

Народ плывет на этом корабле внизу в тесных каютах на десять человек. Они спят там, в гамаках в три яруса и выходят на палубу подышать только ночью.

— Серьезно? !

— А ты, наивный, ожидал здесь увидеть всех пассажиров «Гиганта» ?

Ник перевел дух.

— Почему же такое убранство зала и что за праздник у них сегодня?

— Традиции, это старинные традиции. Жители империи Гуран в этот день отмечали приход весны на северное полушарии . Идем, там у фонтана самое интересное!

К фонтану оказалось трудно пробиться. Допив вино, Ник помог Виллене пройти через возбужденную и гомонящую толпу полуголых гостей.

В центре круглого бассейна остров площадью метров на пять в диаметре-лужайка с сочной травой, из берегов острова пульсируя, бьются вниз пенные струи розового цвета. Запах браги– сладковатый и хмельной ударил в ноздри-фонтаны извергали вино. . .