Книга У нас в Заримании, страница 94 – Алексей Фирсов

Горцы потеряли многих, но не убежали домой в туманные и безопасные горы. Рыцарская конница не понесла больших потерь. Наоборот, именно конница, ударив в спину панически бежавшим врагам, как раз и обеспечила победу в битве. Богатые трофеи достались армии Девы: доспехи, оружие, перепуганные кони… Каждый воин чем-то разжился. Каждый, кто остался в живых…Погибли почти все телохранители Девы. Лорас, получивший страшный удар булавой в лицо был оставлен у Порога в числе иных умиравших от ран.

Перед тем как покинуть лагерь Маша навестила его.

Рыцарь лежал без сознания. Голова замотана тряпками, и дыхание со свистом вырывалось через серебряную трубочку торчащуюиз бинтов.

Лекарь поил Лораса усыпляющими снадобьями, так как из — за нестерпимых болей раненный срывал с себя бинты.

«Пусть лучше умрет во сне…»

— Донна, я предлагаю встать лагерем здесь и дождаться подкреплений. Наш отряд слишком мал для похода к стенам Лаварии. У нас нет осадных орудий, и мы не знаем где старый лис, Морена. — Гнул свою линию маршал.

«Маршал конечно военный человек, только когда он последний раз водил войска в поход?»

Сидеть в лагере здесь, едва миновав перевал и ждать чего-то хорошего?

Эта идея Маше абсолютно не понравилась. Лежавшая на раскладном походном столе карта ее напрягала. Ничего она не могла понять из этих завитушек и красивых картинок.

«Почему мужики такие ссыкуны?»

— Мы идем к Лаварии и там ждем короля Магнуса на его коронацию. Завтра с утра выступаем.

— Донна, вы поступаете неосмотрительно, и я буду вынужден сообщить о своих возражениях его величеству… — затряс возмущенный маршал своими тремя подбородками.

— Король дал армию мне, а не вам, маршал. Я должна вам это объяснять каждый день? — Маша уже порядком разозлилась и с легкой дрожью представила себе, как летит ее полированный красивый шлем в оплывшую морду маршала. — Извольте идти и выполнять то, что я сказала.

Когда высокие господа покинули палатку, Маша отхлебнула из фляги порядочный глоток белого вина и в раздражении сбросила со стола вниз дурацкую карту.

«И чего я взялась икру метать? Мне то, что до этой коронации? Королевой меня точно не сделают…Лошара была…лошара осталась!» Она задумчиво покрутила на пальце кольцо духов. Хорошо хоть его сохранила…

…Наступила осень. Стало холоднее. По утрам лед у пристаней схватывался тонкой коркой. Николай давно уже отзывался на имя Николас. Если всем так удобно, пусть.

Его служба сегодня с утра была в порту.

Одетый в длинную куртку из бараньей шкуры поверх кольчуги, в теплых вязаных перчатках и в меховой шапке с ушами утреннего холода он совсем не ощущал.

Бодро прохаживался по заиндевевшему настилу с фламбергом на плече.

Его меч уже не вызывал повышенного внимания. Ушлый мастер Герт давно уже наладил производство хороших копий, и многие стражники домов Норведена обзаводились такими же. Не будешь же требовать с него долю за копирайт?

Кораблей с каждой неделей в порту становилось все меньше. В открытом море наращивали мощь шторма, и плыть в Норведен с риском для жизни за драгоценным железом находилось все меньше желающих.

Шрам рассказывал, как здорово будет, когда мороз скует льдом весь фьорд и можно будет запросто скользить на ледовых ножах.

Ледовыми ножами в Норведене называли коньки — грубые и примитивные на взгляд Николая. Их уже начали выставлять на продажу в лавках и на ярмарке.