Книга У нас в Заримании, страница 133 – Алексей Фирсов

Девушка опять залилась слезами.

— Ты здесь зачем, Николас? Это наше дело, а не людей Гарра!

Николай обернулся.

Сержант Риман тут как тут.

— Я проходил мимо и услышал крики. Потом, Андрей был моим другом.

— Андрей-кукольник? Странные у тебя друзья заводятся в последнее время.

— Альдина, ты запомнила грабителя?

Девушка замотала головой, не убирая рук от лица.

«Степа?!»

Пораженный догадкой, Николай замер. Он бежал отсюда…ему всегда нужны деньги…

«Как он сказал: пора ноги уносить?»

……Как то Маше удалось опять заснуть. Спала плохо, то и дело просыпалась, прислушивалась к шорохам, скрипению дерева.

Под утро, когда уже заснула крепким сном, поспать и не дали. Явился со стуком и шумом наглый слуга. Принес на подносе миску с пресной, невкусной овсянкой, сухари и горячий чай травяной.

Маша все съела и выпила и мучительном безделье провела время до обеда под плеск весел по волнам. Галера увозила ее в неизвестность, все дальше от Лаварии, от войны за короля Магнуса и от людей к которым она успела привыкнуть. К вечеру, как и обещал барон, галера встала на якоря и за Машей, совершенно одуревшей от духоты и безделия, пришел оруженосец барона — мальчишка лет пятнадцати, кудрявый и смазливый как ангелочек, но в кольчуге и с коротким мечом на поясе.

— Сударыня, извольте следовать за мной!

— Куда?

— Мы сходим на берег.

«На берег это хорошо…просто замечательно!»

Маша представила себе как легко она сбежит от охраны в сумерках. Достаточно пришпорить лошадь.

Увы, все оказалось не так как хотелось и думалось.

На палубе оруженосец крепко держал Машу под руку. В шестивесельной лодке с фонарем в руке ее ждал Хайнс, барон Потербро, причем со стальным шлемом на голове. Опасался чего?

Матросы гребли быстро и ловко, бросая украдкой взгляды на девушку.

Обогнув камыши, лодка ткнулась в берег. Здесь с факелами в руках их ждали вооруженные люди. На пологом берегу стояли оседланные кони и повозка, черная, без окон, запряженная в пару лошадей.

— Повозка для вас.

Дверь была в торце повозки, позади. Машу подсадили внутрь и захлопнули дверь. Едва она наощупь нашла куда сесть, повозка дернулась и, набирая скорость, понеслась куда-то по кочкам и ухабам.

Вцепившись обеими руками в сиденье, обшитое толстой кожей, в темноте в тесной глухой коробке, Маша ощущала себя последней спичкой в спичечной коробке, которую трясет великан, пытаясь по звуку определить — есть ли чего внутри.

«Они из меня душу так вытрясут!»

Продираясь через растущую толпу зевак у глинтвейной, Николай пытался вспомнить адрес прачки, к которой водил Степу.

Он никого в Норведене не знает. Кроме как у прачки ему негде затихарится. Прачками в городе были тетки крепкие и часто одинокие. При этом они обычно с готовностью принимали в свои дома и постели мужчин. Нет, прачки не были проститутками. Они не брали денег за любовь, они просто хотели получить хоть иллюзию счастья и любви.

Иллюзия лучше, чем ничего…

Все равно, Николай отгонял от себя мысль о том, что Степа — убийца. Разгильдяй, конечно, скандалист, но не убийца…

«Я должен все прояснить сам, пока стража не добралась до Степы. Ведь я его поручитель перед прево!»

Улица прачек пересекалась с улицей ведущей к дому господина Харальда, главы гильдии оружейников и Николай быстро до нее добрался. На дверями горели тусклые фонари, многие окна во тьме и закрыты ставнями. Прохожих нет. Снег с булыжниковой мостовой сметен и следов не разглядеть в тусклом свете.