Книга Ключи от старинной библиотеки, страница 37 – Марина Халкиди

Но в комнате прятаться тоже было негоже. Пол был холодный. И к окну я подбежала. Открыла створку. Перед глазами был только снег, частокол и лес. Селения рядом с домом Мирослава не было. Захлопнула окно, вспомнив, что ночью я уже слегла с жаром. А так как нормальных лекарств здесь не было, надо постараться вновь не простыть.

Высунула нос из комнаты. Было страшно. Кажется, я только в этот миг осознала, что я в другом мире, в чужом доме и знаю только имя хозяина этого самого дома.

Наткнулась я на Мирослава, как только сделала несколько осторожных шагов по коридору. И едва не вскрикнула от неожиданности.

Невольно заметила, что вчера у него не было темных кругов под глазами. И глаза были зеленые как луга, а не темного почти черного цвета. И все же, даже уставшим он выглядел так, что я вновь как дура уставилась на него, разглядывая во все глаза.

И я понимала, что уже неприлично столько времени молчать и таращиться на него, но ведь он тоже не отводил от меня глаз, и я надеялась, ему тоже нравится то, что он видит.

Я первой отвела взгляд, ощутив, как в горле окончательно пересохло. И обратила внимание на то, что в руках Мирослав нес тапочки и халат. То есть обо мне не забыли, и я просто рано проснулась и поторопилась покинуть комнату. Вновь подняла взгляд, заглядывая в глаза Мирослава. Зеленый цвет им больше шел, но и к черному можно было привыкнуть. И хотя я понимала, что надо нарушить затянувшееся молчание и хотя бы поблагодарить Мирослава, но я не находила слов. Это вчера я болтала ничуть не смущаясь, до конца так и не поверив, что этот незнакомый мир реален. А сегодня, осознавала я, и мир реален, и Мирослав настоящий.

— Чего босой ходишь? — он первым нарушил молчание и опустился передо мной на одно колено, протягивая тапочки.

Покраснела. Чего-то раньше я столько не смущалась. Впрочем, если я и общалась раньше, то с парнями. И никого из них назвать прямо мужчиной я не могла. А может мне никогда никто так сильно и не нравился, особенно так — с первого взгляда.

Почувствовала себя прямо Золушкой, которой принц примерял туфельку, прежде чем позвать замуж. И хотя туфельки были мне не по размеру, то есть тапочки были мне очень велики, я все равно покраснела от собственных мыслей.

Халат Мирослав сначала протянул, а затем сам и укутал меня в него, обдав мою щеку горячим дыханием.

— Ну вот, теперь не замерзнешь.

Поспешно отвела глаза, подумав, что я согрелась от одного взгляда на него. Что конечно не стоило было озвучивать вслух. И вообще надо было подумать о том, как мне дальше жить и как попасть домой. И перестать глазеть на Мирослава.

Халат был не только велик мне, но волочился по полу. Так что на верхних ступенях лестницы я замерла, делая ставку споткнулись ли я из-за тапок или же наступлю на халат. Впрочем, результат в обеих случаях был бы один — синяки. Хотя, если я набью шишки, Мирославу вновь придется меня лечить. И если бы не опасения, повторить судьбу бабушки, я бы и сама устроила бы небольшое падение.

Но, видимо, Мирослав тоже понимал насколько травмоопасно мне было спускаться по лестнице, так как я не успела даже удивиться или вскрикнуть, как вновь оказалась на его руках.

На ручках меня столько давно не носили. Отец все только подшучивал, что надорвет спину, если меня или Вальку на руках будет носить. Обвила Мирослава за шею и принюхалась. А вчера мне не показалось, он и пах великолепно. Причем его запах мне вновь показался знакомым. Он пах древесиной, специями и ветром… Чуть нахмурилась. Этот запах и впрямь был мне знаком. Тот чай, что приготовил ведьма, Матрена, он пах также.