Книга Повелительница дракона. Книга 3, страница 57 – Марина Халкиди

Жакар задумчиво разглядывал спокойное лицо Калида.

— Покинул? — дрейфус прикинул кое-что в голове. — Не смог защитить жену, а затем последовал за нею. Беру свои слова обратно, он не был мудрецом, он был глупцом.

— Я говорил с ним перед его уходом. Просто обычный разговор, один из сотни ничего не значащих разговоров…А потом я возвел поминальный помост, не понимая, почему отец не попрощался со мной. Зачем был нужен пустой разговор, когда мы могли говорить о важном, — неожиданно для самого себя и для дрейфуса рассказал одалим.

Калид нанес последний шов и отрезал нитку.

— Твой отец был не только глупцом, но и трусом, — буркнул дрейфус.

Одалим отрицательно покачал головой, забинтовывая руку.

— За пару дней до этого он мне сказал, что любить кого-то благо, а быть любимым счастье. И что я пойму боль его потери, когда сам отдам кому-то сердце, — Калид улыбнулся. Слова отца оказались пророческими. Ведь ему буквально пришлось отдать половину своего сердца, хотя и вторая половина принадлежала Эль. — Я долгое время не мог простить отца. А сейчас жалею, что у меня нет возможности сказать ему, что он был прав, — Калид завершил работу и посмотрел в глаза темному дракону. — Возможно, лучше быть счастливым глупцом, нежели несчастным мудрецом.

— А знаешь, о чем сожалею я, — неожиданно для себя произнес Жакар. Он наклонился почти вплотную к Калиду, его губы касались волос дракона утренней зари, — что я сам не убил своего отца, когда у меня была такая возможность.

Дракон света с состраданием посмотрел на дрейфуса. Одалим вспомнил мальчика-дриада и его освобождение. Калид часто вспоминал Енму, гадая, нашел ли он свой путь в жизни?

— Это не принесло бы тебя счастья. А взяв на руки кровь своего рода, ты был бы проклят в этой жизни и в других.

Жакар распрямился. Здоровой рукой он прикоснулся к вспотевшему лбу, не понимая, с чего он разоткровенничался. Он- Жакар непобедимый! Лучший убийца, беспощадный к врагам. Он не знает сожалений и сомнений!

— Мой отец был чудовищем. И поверь такому как ты- это тоже не понять.

Следующие несколько дней прошли относительно спокойно. Драконы и маги были все время начеку. Жакар и Калид часто разговаривали в сторонке от всех. Никто из них не пытался вернуться к откровенному разговору. Одалим и дрейфус вели себя так, будто его и не было.

Стесс успешно поправлялась. Она отдалилась от своей группы и почти все время проводила в компании Селения. Молодой одалим большей частью молчал. Он слушал рассуждения Стесс и ее мысли о будущем Магестерии.

— А ты всегда так молчалив?

— Большую часть жизни я провожу в медитации, изучая траектории будущего Тар Имо и Изолеры, — губы одалима дрогнули в улыбке. — А медитация требует тишины и сосредоточенности. Мне некогда говорить.

— О, боги, надеюсь, я еще не надоела тебе своей болтовней.

Селений покачал головой. Он проследил за взглядом девушки. Стесс все время искала глазами Калида. Порой, когда девушка думала, что ее никто не видит, она не сводила с одалима задумчивого взгляда.

— Он женат.

Стесс удивленно взглянула на одалима, улыбнулась, подсела поближе к Селению.

— Ты все не так понял. У него пурпурная аура! — с восхищением выдохнула девушка.

— И? — не понял одалим.

— Ты что, видел еще кого-то с подобной аурой?