Книга Баронесса де Крейс, страница 153 – Марина Халкиди

К тому же, детская смертность была так велика, что ребенка нарекали только на третий день.

Флавия подняла растерянный взгляд. Кажется, об имени она еще не думала.

— Ничего, у тебя еще есть время придумать ему имя.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Она опустила голову.

— Я… — она осеклась, но все же продолжила. — Я хотела попросить вас дать ему имя, — высказала она свою просьбу.

Я неожиданно для самой себя почувствовала ком в горле. Это была большая честь. Ведь тот, кто нарекал ребенка, определял в какой-то степени его судьбу. И пусть это было суеверием, но я хотела чтобы этот ребенок рос счастливым, а не повторил мою судьбу.

Поэтому я не стала отказываться от такой чести, а задумалась об имени, которое принесет ему это самое счастье. Мысль дать ему имя Уоррен я сразу отбросила. Мой брат не заслужил этого. И Флавии явно будет неприятно вспоминать о нем, обращаясь к сыну. Но удивительно было то, что она доверилась мне. И не поставила никаких ограничений, готовая принять любое мое решение.

— Дамаск, — наконец-то спустя не одну и даже не две минуты ответила я. Дамаск было королевским именем. Его носил первый король Таранзии — великий воин и правитель. Один из немногих, кто нашел счастье и в личной жизни. И этому малышу я желала на всех поприщах добиться успеха. А я собиралась ему помочь. Ведь теперь я поняла, он будет ненавидеть меня, если я буду относиться к нему как барон де Крейс относился ко мне. А если я стану ему той, кем и была по крови — теткой, то и не будет у него ненависти ко мне.

— Сильное имя, — подтвердила Лаура.

Я улыбнулась и передала ребенка Флавии.

До вечера нас никто так и не потревожил. И мы успели не только отдохнуть, но и наконец-то нормально искупаться, пусть и в деревянной лохани. Я сидела у очага, просушивала свои волосы и размышляла о завтрашнем дне, когда увижу своего будущего мужа. Я так задумалась, что и не заметила сразу стука в дверь.

Ронан вошел сразу после стука, даже не дожидаясь, когда ему разрешат войти. Ладно, манерам северян не научить — это я уже поняла и даже в какой-то степени приняла. Так что я осталась сидеть на стуле, хотя этикет и требовал, чтобы я встала, приветствуя гостя. Ну, это был не мой дом и Ронан не был гостем. Хотя я сама запуталась кем он мне был.

Он вместо слов посмотрел на мои волосы. Я сидела на стуле и волосы достигали пола.

Впрочем, в этот раз его реакция не вызвала даже удовлетворения, а скорее усталость. Мы все ходим и ходим кругами. Вернее он ходит, а я глупо следую за ним. А время, к сожалению, уже было на исходе.

— Нам надо поговорить.

Согласна, кивнула я.

Но Ронан молчал.

— Не здесь, — возразил он. — Лучше нам прогуляться.

На улицу, там где царствовал мороз, мне совершенно не хотелось идти, но я и не хотела чтобы у нашего разговора были свидетели.

Я собрала волосы в косу, они почти высохли и только у корней оставались немного влажными.

— Оденься потеплее, — мягко посоветовал Ронан, охрипшим голосом.

Метнула на него взгляд, но своему голосу побоялась довериться. Набросила платок на голову и надела шубу. А затем шагнула на улицу, промолчав даже тогда, когда Ронан подхватил меня под руку.

Ронан молчал, и я тоже молчала. Но с каждым шагом мы все дальше отдалялись от заставы. Причем воины — и Ронана и местные — проводили нас такими взглядами, что я опять занервничала. Но когда Ренг, сидящий у костра и ведущий разговор с несколькими мужчинами, встал, я только покачала головой. Я не знала о чем Ронан собирался говорить со мной, но опасность в его обществе мне не грозила. Впрочем, вряд ли он собирался меня и соблазнять. Для этого он привел бы меня в жилище, а не повел бы гулять по холоду.