Книга Безупречная, страница 92 – Анастасия Аристова

— Пост у дверей лаборатории, покинуть зону. Немедленно проследовать во двор. Тревожная эвакуация персонала из сектора Б-7. Повторяю: покинуть зону.

Она выключила связь и бросила на меня быстрый взгляд.

— Эти не ослушаются, — тихо прокомментировала она. — Запомни, Ян. Шлем, который я тебе отдам, сломан. Никакой дополненной реальности, но броня защитит от пуль. Наденешь его, когда я скажу.

— А как же метка и генератор тишины?

— Мы уйдём под гору. Туда сигнал не проходит. Когда выберемся, генератор тишины уже будет вне радиуса действия. Метка у тебя в боку, не в шее. Я сделала укол пустым шприцем. В боку нейроны не задеты, так что при удалении смерть не грозит. При первой же возможности достанешь её сам. — проговорила она быстро. — Игорь будет здесь через пятнадцать минут. Идём.

Я не стал задавать вопросов. Доверяй не доверяй, но сейчас действия Эвелин выглядели лучше, чем если бы она уложила меня на операционный стол.

Будто угадав мои сомнения, она вдруг остановилась, на мгновение задержала на мне взгляд и тихо произнесла:

— Я не прошу тебя мне сейчас верить. Я прошу тебя поверить мне потом. Когда мы выберемся.

Я коротко кивнул.

— Дай руку, — она снова достала шприц, на этот раз с прозрачной жидкостью. — Обезболивающее. Полностью блокирует болевые импульсы на два часа. Действует за тридцать-сорок секунд.

Я протянул руку. Игла вошла в вену бережно, почти незаметно.

— Идём. Ты идёшь передо мной.

Она подошла к двери, прикоснулась к сенсору. Металлическая створка бесшумно отъехала. Коридор был пуст.

— Слушай внимательно. Мы сейчас идём обратно к камерам, — произносила она тихо. — Не останавливайся, не смотри по сторонам, ни на кого не реагируй. В конце коридора — развилка. Нам направо. Там будет дверь. За ней — спуск. После спуска — небольшая площадка, еще одна дверь, а за ней — туннель. Вход в старую шахту, законсервированную, но не запечатан. Перед входом в шахту надеваем шлемы. В шлеме связи не будет, так что я буду контролировать повороты касаниями к твоим плечам. Схему я помню. Ускорься, но двигайся спокойно. Сейчас — направо.

Я послушно свернул. Казалось, коридор тянулся бесконечным бетонным тоннелем. Лампы дневного света слепили, отражались от белых стен. Ещё одна дверь — и мы пошли мимо камер. Я не смотрел в окошки, но краем глаза улавливал движение: заключённые сидели, скорчившись в углах, некоторые держались за животы, другие лежали на полу. Ещё я отметил, что в коридорах нет надзирателей. Куда все подевались? Но на размышления не было времени — мы двигались дальше.

Мы прошли мимо моей камеры и камеры Девятого. Я краем глаза успел заметить, что дверь приоткрыта, внутри пусто. Не успел я обдумать эту мысль как сзади раздался голос — резкий, удивлённый, с хрипотцой:

— Эвелин, куда это вы?

Я обернулся. Позади нас стоял невысокий мужчина в белом халате. Его глаза округлились, пальцы сжались на планшете, который он держал в руках; я увидел, как он переводит взгляд с меня на Эвелин, потом обратно, пытаясь сложить картину.

Похоже, надо ускоряться. Я схватил Эвелин за руку в тот момент, когда дверь в следующий отсек открылась, резко потянул за собой. Краем глаза успел заметить, как Игорь рванул к нам, но дверь уже закрылась, отрезая его крик.

Мы оказались в узком проходе — лестница уходила вниз, крутая, каменная, слабо освещённая красными аварийными лампами. Где-то далеко, над нами, загудели сирены.