Книга Школа. Никому не говори. Том 5, страница 111 – Руфия Липа

— Не слушаешь?

— Почему же? Слушаю. Но не доверяю, а проверяю и делаю свои выводы. И насчёт того, кто эту лапшу принёс, и насчёт того, о ком речь шла.

— И сдачу ты, Денис, дать можешь, – поддержала разговор немного потерянная тихоня.

— Могу. По-своему, по-пацански. И Сэро с Имиром могут. Они вообще много чего умеют. То, что тебе не по масти, Люба!

Поспелова, услышав нажим, с которым её приятель произнёс последнюю фразу, насторожилась. Коробкин, глядя ей прямо в глаза, проницательно усмехнулся:

— Тебе не место в бандитских делишках! Ты очень красивая, Люба, и должна радовать своим присутствием достойных пацанов, а не по базарам грязным лазить да таксистам пыль в глаза пускать. Хорошо?

— Откуда ты знаешь?! – девушка, разволновавшись не на шутку, задёргалась и хотела было вскочить с места, но Коробкин ей этого сделать не дал, крепко взяв за плечи.

— Не важно. Задача красивых девочек – сидеть рядом с сильными мальчиками, которые смогут их защитить, а не бежать вперёд этих самых мальчиков в опасные заварушки и ловить приключения на упругую задницу. Постарайся следом за Сэро больше не дёргать голодного тигра за усы. Сэро этим не удивишь и не перепрыгнешь, а проблемы наживёшь! Ты умная, Люба, и, думаю, всё сейчас прекрасно поняла.

— Конечно, поняла! – разозлилась Поспелова, не ожидавшая нарваться на нравоучения и чувствовавшая себя от них донельзя неловко. – Буду очень осторожной и аккуратной! А ещё постараюсь не нарваться на пацана, который будет за моей спиной держать ещё пару запасных!

Денис понял, что камень улетел в его огород.

— Такие отношения на троих, солнышко, тебе уж точно не светят! Потому что стоишь подороже. И лучше не суди других, а иначе чем тогда от сплетников-соседей отличаешься?

Люба отвернулась, понимая, что выплывшая тема опасна, тем более когда она и безбашенный ровесник были на вершине горы совершенно одни. Вокруг – лесные массивы и ни одной живой души.

В мутно-зелёных глазах Дениса отражалось диковатое бесстыдство вперемешку со спортивным азартом. Поспелова смекнула, что юноша не собирается строить дурака после её опрометчивой реплики, но тему раскрывать и мусолить здесь, на высоте, в безлюдном месте, обдуваемая ветром и облаками, не собиралась. «Значит, отмораживаемся и заминаем свою выходку!»

— Ты прав, – послушно ответила она, состроив виноватую гримасу. – Не про меня история и не мне судить. Извини!

«А кому судить-то? – злилась она, очищая коренья хрена. – Не удивлю и не перепрыгну! Ха! Кто сказал? Это мы ещё посмотрим! Все про всех всё знают, жизни меня учат! Обидно быть кулёмой!»

Тихоню раздражало, что окружение вечно её поучает: то она недалёкая, то чего-то не знает, то робеет не к месту, то творит лишнее. И то не так, и так не эдак. А теперь к посторонним нравоучениям добавился ещё и Денис. Ишь ты, чего не хватало! Девушка бесилась, что сверстники опытнее и взрослее, чем она. Из-за этого Поспеловой хотелось выпрыгнуть из шкуры вон, но доказать, как ошибочны выводы насчёт неё.

Коробкин комментарием по поводу вылазок с Сэро напряг её до предела. Десятиклассница переживала, что именно шатен приложил руку к отказу цыгана работать с ней. Люба подозревала, что Ибрагимов продолжит по приезду рубить бабки на рынках кубанской столицы, и невероятно хотела снова оказаться с ним в одной команде. Только как вернуть доверие, утерянное непонятно каким образом?