Книга Олигарх в беде, или Курам на смех, страница 4 – Наталья Кошка

— Нет. С сегодняшнего дня все, в завязке. Обещаю.

Выдержал дружеский взгляд. Врать мерзко, но еще хуже — вот эти его «заглядывания». Сколько раз я уже так говорил? Им всем... И ей. Обещал у могилы, что не стану больше пить, возьмусь за ум. Но потом наступал вечер и…

Лучше бы Сашка махнул на меня рукой и выкинул из бизнеса. Я человек пропащий, поздно спасать. Но друг лишь улыбнулся коротко, хлопнул по плечу и пошел к двери.

— Тогда увидимся завтра на работе?

— Ага. Пока.

С трудом дождался, пока дверь закроется, и полез в шкафчик. Где-то тут была заначена еще одна бутылка. Я знаю, что это финиш. Качусь по наклонной без тормозов и просто жду, когда произойдет финальное столкновение. Скорее бы уже, сил нет так жить дальше.

Дверь снова хлопнула. Забыл, чего, Санек?

Я быстро вернул бутылку на место и едва успел захлопнуть дверцу кухонного шкафчика, как на кухню ввалилась вся наша компания: Герман, Жека, Саня, Егор.

— Мужики, а вы чего это..?

Не успел договорить, как…

— Суки, вы что делаете?!

Навалились все вместе, руки скрутили за спину, кто-то щелкнул наручниками. Саня, друг мой сердечный, сука Саня — влепил мне под дых хорошенько. Да так, что я поперхнулся воздухом и согнулся пополам.

— Прости, Вадь. По-другому никак, — в голосе этого предателя зазвучали нотки сожаления. Ну только дайте мне разогнуться, всех поломаю, черти!

— Я вас всех сейчас убь…

И в рот мне засунули мой же носок. Благо — чистый, с батареи. Не помню, сколько он там висел — одинокий. И должно быть не ожидал, что пригодится таким образом.

Замычал, вращая глазами. Убью, сволочей! Твари! Предатели! Надумали меня насильно кодировать? Так мы и это проходили. Херня собачья ваши кодировки! Через месяц все равно срываюсь, потому что внутри эта дыра проклятая, гигантская. Ничем не зашить.

— Прости, братан, — Жека подхватил меня под левую руку, Герман — под правую. — Мы правда от всей души желаем тебе здоровья. Но ты не слушаешь. У тебя остался последний шанс стать снова человеком.

— Поедем в одно место, Вадик. Может, хоть там у тебя мозги на место встанут? — добавил Егор, заходя сзади.

Поволокли к двери. Я брыкался, мычал, пытался вырваться — куда там. Четверо здоровых лбов, а я после недельного запоя — тряпка тряпкой. А ведь когда-то любого из них одной левой укладывал. В спортзале рекорды ставил, вес такой поднимал, что пацаны молча завидовали. А сейчас даже дернуться нормально не могу. Руки не слушаются, ноги ватные. Допился, герой.

— Вы что задумали, гады?!

Мычание вышло жалкое, невнятное. Но они и так поняли.

— Увидишь, — Саня нажал на кнопку лифта. — Там тебя одна тетенька ждет. Добрая. Говорят, рукастая. Она из тебя всю дурь быстро вышибет.

Тетенька? Какая еще тетенька? Что за бред?!

Лифт поехал вниз, а у меня в голове мелькнула мысль: «Доигрался, Вадим. Друзья решили в дурку сдать».

Надя

Перед приездом подопечного стало как-то не по себе. Я в десятый раз выглянула за калитку — может, показалось? — но Санькиного джипа не было видать. Только пыльная дорога убегала к горизонту, да стрекозы носились над травой.

И зачем только согласилась? Сидела бы сейчас спокойно, пила чай с мятой, радио слушала. А вместо этого жду неизвестно кого. Алкаша. Олигарха. Мужика с проблемами. Три в одном — как в дешевом шампуне.