Книга Исключение из правил, страница 46 – Татьяна Берест

— Вот так, блядь. Умница, — хрипит он, двигая пальцами у меня во рту. — Тяни, Алиса...

Амплитуда становится запредельной. Фарид дышит с хрипом, двигается наглее, сильнее, разбивая меня на тысячи пульсирующих осколков. Перед глазами всё плывет и вспыхивает. Я уже ничего не вижу, глаза закатываются, выгибаюсь до хруста в позвоночнике, готовая сорваться в этот кайф…

Он стопорит движение. Замирает внутри.

Надломленно хнычу и беспомощно извиваюсь под его телом, отчаянно трусь о него, сгорая заживо от этой внезапной остановки на самом краю.

Он тяжело нависает сверху.

— Тш-ш-ш… тихо, моя хорошая. Куда ты так несешься? — его голос звучит обманчиво ласково. — Мы еще даже не разгонялись. Сейчас ты будешь выть и умолять меня о каждом ебаном толчке, пока я сам не решу, что тебе можно кончить. Поняла?

Извиваюсь на матрасе, чтобы добыть себе хоть каплю трения.

— Продолжай… — сиплю сорванным голосом.

Фарид едва заметно, тягуче подается вперед. Так ничтожно мало и так пронзительно сладко, что я беспомощно всхлипываю в подушку.

— Вот так тебе нужно? — обжигает он шею низким шепотом.

А в следующую секунду бьет бедрами. Резко, до искр из глаз.

— Или вот так? — жестко рычит он.

— Как хочешь… — скулю надломленно. — Только быстрее… Фарид, пожалуйста.

Он опускает лицо к моему уху. Я чувствую, как бешено колотится его сердце, он снова замирает. Продолжая животную пытку.

— Проси, — шепчет он. — Давай, Алиса. Вслух. Умоляй меня. Скажи, как сильно ты хочешь, чтобы я тебя трахнул.

Это просто невыносимо. Сгораю заживо, пока этот тяжелый, раскаленный гигант просто лежит на мне.

— Если ты сейчас же не начнешь двигаться... — шиплю сквозь стиснутые зубы. — Я клянусь, Фарид. Я вывернусь, скину тебя на хрен и придушу собственными руками. Ты меня понял?

Над моим ухом раздается обжигающий выдох. Фарид хмыкает мне в ключицу. Его бедра, наконец, приходят в движение. Он скользит внутри — тягуче, медленно, на грани издевательства.

— На покорную мольбу нихуя не тянет, — рокочет он, плавно наращивая амплитуду. — Но звучит просто пиздец как охуительно. Ладно, отмороженная. Я дам тебе кончить.

Он возобновляет движение. Без раскачки, сразу бьёт мощными, резкими ударами. Жарко. Как же невыносимо жарко, кажется, плавится сам воздух вокруг нас.

Фарид вынимает пальцы из моего рта. Ладонь ложится на мою ягодицу, оглаживает кожу и остро пощипывает, заставляя мышцы сжиматься. Мое тело начинает мелко, бесконтрольно трясти. Больше всего на свете хочется, чтобы это длилось вечно. Чтобы он никогда во мне не останавливался.

Звуки шлепков раскаленных тел оглушают, разносясь по спальне. Фарид бьет бедрами с бешенной силой. На очередном толчке я срываюсь в бездну. Взрываюсь ослепительной вспышкой, кажется, детонирую вместе с кроватью и самим Фаридом.

Бешеный спазм скручивает тело, а затем прокатывается горячая волна тотального расслабления. Меня разносит на мелкие пульсирующие кусочки, смывая остатки сознания в чистый экстаз.

Сквозь гул в ушах слышу его глубокий, гортанный рык. Фарид резко выходит, и обессиленно наваливается на меня сверху. Дышит жарко, оглушительно громко, обжигая мне шею и затылок каждым рваным выдохом. Его ладони медленно скользят по моим влажным, вздрагивающим плечам.

— Пиздец, Алис… — хрипит он тяжело. — Как же охуительно… Я вообще больше ничего не хочу. Только так.