Книга Между преданностью и предательством, страница 129 – Шейн Роуз

Никакого секса. Никакой страсти. Ничего.

Он отвозил меня на работу, оставался галантным джентльменом, открывающим дверь, а затем исчезал: тренировать нового спортсмена или встречаться с деловыми партнерами. Его запястье почти зажило, но я продолжала приходить к нему каждую ночь для наших занятий. Мы редко разговаривали. Он либо принимал рабочие звонки через наушник, либо позволял молчанию заполнять пространство.

— Миссис Джонсон знает, что ты больше не принимаешь таблетки, – однажды бросил он. Я попыталась что-то сказать, но он тут же оборвал: – Обсудим позже.

В другой раз сказал:

— Миссис Джонсон напомнила, что ты не взяла новые таблетки. У нас есть еще пара месяцев, чтобы решить, что делать дальше.

И все. Четко, сжато, без эмоций, словно следовал заранее прописанной инструкции.

Пайпер ловко управлялась с папарацци, умело направляя их внимание в нужное русло. О моем прошлом нигде не упоминалось – оно будто растворилось, как и планировал Карл.

Оставалась одна проблема – Анастасия. Она, похоже, имела собственное представление о том, какой должна быть эта история. В соцсетях появлялись ее посты о том, как Деклан делает все это ради семьи, корпорации HEAT и, возможно, даже для нее. Журналы охотно подхватывали эту тему, создавая вокруг их предполагаемой связи целую драму. Я начала подозревать, что Пайпер этому способствует – не сдержала обещания быть осторожной и оберегать нашу с Декланом реальность.

Похоже, он тоже заметил. Однажды, сидя в машине, протянул мне журнал и указал на фото:

— Нам нужно чаще появляться вместе. Пресса слишком увлеклась ненужными нам сюжетами.

Я прочистила горло, пытаясь завести разговор, который должна была начать еще в день оглашения завещания у миссис Джонсон.

— Деклан, может, нам стоит наконец обсудить…

— Обсудим позже. Дай себе время.

И все. Он не стал слушать, просто набрал номер на телефоне и, как только мы припарковались у офиса, выскочил из машины. Правда, не забыл обойти ее и открыть для меня дверь, продолжая разговаривать.

Весь день я пыталась отвлечься, но мысли продолжали кружиться вокруг неразрешенной проблемы. Я ускользнула из зала, чтобы перекусить у Клары после того, как Юна в очередной раз устроила допрос о моей личной жизни.

В пекарне Клары пахло корицей и шоколадом. Она, напевая, хлопотала на кухне, а на ее щеке белела мука. Фартук с гортензиями всех оттенков казался абсолютно неуместным среди ярких изделий из стекла, расставленных на прилавках и стенах. Но, как всегда, улыбка Клары мгновенно наполнила все вокруг уютом и гармонией.

— Эви! На обед?

— Просто заглянула. Будет время сделать бутерброд?

Она кивнула, провела рукой по рыжим локонам, не замечая следов муки на щеке, и скрылась за стойкой.

Клара на кухне кардинально отличалась от Клары, которая находилась в тени своей сестры.

— Будет индейка с беконом, салатом и майонезом, подойдет?

— Ты же знаешь, что да. – Я подтащила барный стул к стойке, где стояла ее золотая кофемашина и блендер для смузи. Там же она хранила все необходимое для напитков, а из окна была видна кухня.

Она заторопилась, и, бросив взгляд через плечо, спросила:

— Как дела в спортзале?

— Отлично. Только что закончила йогу. – Я нахмурилась, заметив журнал рядом с ее планшетом. На обложке была ее сестра, а заголовок кричал: «Анастасия должна была стать его женой».