Книга Рецепт ее счастья, страница 72 – Юлия Климова

Кэри испытывала смешанные чувства, глядя на это, и объясняла свое состояние антипатией к Мисс Охотнице за Большими Деньгами. Но вопросы: «Неужели Ребекка ему нравится?», «Почему он сел так близко к ней?», «Почему он посмотрел на нее с улыбкой?», «Какие женщины его привлекают – блондинки или брюнетки?» – настойчиво лезли в голову и требовали ответа. Кэри раздражалась, изображала спокойствие и безучастность. Ее взгляд тоже встречался со взглядом Эттвуда, но она старалась избегать подобных моментов, иначе вопросов становилось гораздо больше. Например: «Почему немеют кончики пальцев?» или «Посмотрит он на меня еще раз и когда это произойдет?»

— Мои дорогие, мне кажется пришло время познакомить вас с самым главным местом в этом доме. – Джульетта Дмитриевна приложила указательный палец к губам, на несколько секунд закрыла глаза и бесшумно вздохнула. Ее лицо выражало тихую радость вперемешку с блаженством, и именно эти ощущения разгладили ровную морщину на ее лбу. – За мной! – резко скомандовала она и, приподняв юбки, сорвавшись с места, устремилась вперед.

Сегодня на графине было очень пышное темно-серое платье, открывающее шею и плечи. Цвет немодный, но это, похоже, абсолютно не волновало Джульетту Дмитриевну, она не посчитала нужным дополнить его ожерельем или брошью. Так же небрежно она отнеслась и к прическе – волосы были собраны на затылке в привычный пучок. Прическа, которой Кэри дала название «Гнездо».

— Что это может быть? – Ребекка посмотрела на Кэри.

— Откуда мне знать…

— Она могла бы идти помедленнее.

— Вряд ли.

— Почему?

— Она такая… – Но подходящего слова не нашлось.

Графиня интриговала, и в отличие от Ребекки, которой быстрая ходьба понравиться не могла, Кэри не стала выказывать недовольства. Тоже подобрала юбки и заторопилась следом в сторону «самого главного места этого дома».

Они нагнали ее около лестницы.

— Поторопитесь, – приободрила их Джульетта Дмитриевна. – Такого вы еще не видели!

Она сама открывала тяжелые двери, толкая их, взмахивала рукой в такт словам и мыслям, ее каблуки постукивали торопливо, и не было никаких сомнений – именно так должно стучать сердце у такой женщины. Никакого отдыха, никакой передышки, ни малейшего уныния!

Кэри улыбнулась и восхитилась графиней, ей захотелось походить на нее хотя бы немного.

— Кто отгадает, куда мы направляемся? – спросила Джульетта Дмитриевна.

Ребекка лишь пожала плечами. Она и рада была бы ответить правильно, но ни одной идеи на этот счет в ее голове не было.

— В кухню? – осторожно предположила Кэри, почувствовав ароматы выпечки.

— О-о, да! – торжественно ответила графиня и остановилась перед дверью, обитой металлическими полосками – вертикальными и горизонтальными, образующими крупную клетку. В каждой клетке красовался золотой узор в виде небольшой веточки с одинаковыми вытянутыми листочками. – Готовы оказаться на представлении, в самых первых рядах театра?

Не дожидаясь ответа, она с усилием открыла дверь и позволила густому, наполненному всевозможными запахами воздуху вырваться на свободу.

Ребекка сморщила нос, как Эллис Кеннет, и Кэри мысленно порадовалась этому.

Кухня была наполнена солнечным светом, перемешанным с паром, с невесомыми частичками масел, муки, специй… Всевозможные сковороды и кастрюли то тут то там возвышались неровными башнями и смотрели свысока на происходящее действо. Одинаковые глиняные горки, выстроенные на столе вдоль стены, тянулись бесконечной коричневой лентой, обрывающейся около печи. Но первая печь не была главной, за ней располагались еще три – большие. Служащих здесь было немного, но, несмотря на приличные размеры кухни, ощущалась некая теснота. Возможно, тому виной были высокие плетеные корзины, стоящие на полу, или длинный стол в форме буквы «Т», занимающий центр комнаты, заваленный пучками зелени, овощами и фруктами, или массивные шкафы и полки, заставленные ходовой посудой, потрепанными книгами, пузатыми стеклянными сосудами с узкими и изогнутыми горлышками. В сосудах с узкими горлышками – жидкое. Две очень похожие женщины разбирали овощи и фрукты, еще одна чистила картофель, невысокий старичок драил до блеска сковороду, а полная женщина в сером фартуке энергично месила тесто, время от времени прерываясь, чтобы выпрямить спину и передохнуть.