Книга Ботанический сад в чашке, страница 62 – Лина Ровак

— Кажется, это склад мебельного магазина после землетрясения, — поправила Арина.

— Дом это когда ты смотришь на бардак и думаешь: «Я разберу это с удовольствием, потому что это мое». А склад это когда ты думаешь: «Зачем я вообще сюда пришел». Чувствуешь разницу?

Арина оглядела коробки. На ближайшей было написано ее собственной рукой: «Кухня. Кружки». На другой «Спальня. Постельное белье (новое, для новой жизни)». На третьей «Растения. Ризантелла (НЕ ТРОГАТЬ!!! АДРЕС ГРИШИ В СЛУЧАЕ ЧП НА ОБОРОТЕ)».

— Чувствую, — сказала она — Это дом.

— Тогда давай начнем с самого важного. — Дэн решительно направился к коробке с кофемашиной.

Через час кухня была более-менее обустроена. Кофемашина заняла почетное место на гранитной столешнице, кружки выстроились в ряд на открытой полке, а барные стулья стояли у острова. Те самые, которые Дэн заказал специально для их новой квартиры. Арина сидела на одном из них, потягивая капучино с сердечком. Дэн не мог не отметить новоселье ритуальной чашкой. Арина наблюдала, как он расставляет банки с кофейными зернами.

— Знаешь, что я поняла? — сказала она.

— Что?

— Мы переехали. Мы правда переехали. Вместе. В общую квартиру. Это странно.

— Странно в хорошем смысле или в плохом?

— В хорошем. Просто непривычно. Я привыкла жить одна. Сама решала, куда поставить диван. Сама выбирала шторы. Сама...

— Ты не сама, — он отставил банку и подошел к ней — Теперь нас двое. Шторы будем выбирать вместе. Диван вместе. И все остальное вместе. Ты не против?

— Нет, — она улыбнулась — Я «за». Просто нужно время, чтобы привыкнуть.

— У нас его много. Вся жизнь.

Он наклонился и поцеловал ее. Вкус кофе на его губах смешался со вкусом корицы, и Арина подумала, что это лучший вкус в мире. Вкус дома. Вкус «вместе».

Остаток дня прошел в распаковке коробок. Они разобрали кухню, гостиную, спальню. Повесили шторы. Арина победила, они повесили легкий лен, а Дэн выторговал плотные рулонные шторы «на случай, если захочется поспать подольше». Расставили книги на полках. Разместили растения в эркере. Орхидеи заняли верхнюю полку, монстера встала в углу, фикус справа, а ризантелла в своем террариуме на специальной подставке с подсветкой. Герань осталась в магазине, как и договаривались.

К вечеру квартира преобразилась. Это все еще был не идеальный интерьер из журнала. Кое-где не хватало мелочей, не все картины висели ровно, а в гостевой спальне («комнате Элеоноры») вообще пока стояла только кровать и пустой шкаф. Но это был их дом. Их пространство. Их будущее.

— Я устала, — призналась Арина, падая на диван — Кажется, я никогда в жизни столько не таскала.

— Ты таскала только монстеру, — напомнил Дэн, садясь рядом — Остальное таскали грузчики.

— Монстера тяжелая! У нее большой горшок! И она переживала!

— Хорошо-хорошо, — он поднял руки — Ты героиня. Спасла монстеру от стресса. Я зафиксирую это в летописи.

— В какой летописи?

— В нашей. — он обвел рукой квартиру — Это все наша летопись. Коробки, шторы, орхидеи. Кофемашина, которая наконец-то стоит на нормальной кухне, а не в баре. Мы пишем новую главу, флорист. Прямо сейчас.

Арина посмотрела на него. Он сидел рядом уставший, встрепанный, в футболке с пятном от кофе. Кажется, он пролил его, когда распаковывал кружки. И был самым красивым мужчиной в мире.