Книга Развод. Эффект невозврата, страница 23 – Ева Шах

— Надеюсь, мы поняли друг друга.

— Да, Максим Андреевич, — почти хором.

— Работайте.

Я развернулся и пошел дальше.

Шаги у меня были ровные, привычные. Плечи — тоже. Ни один человек со стороны не заметил бы, что внутри я раздражен сильнее, чем должен бы.

Потому что проблема была не только в офисной болтовне.

Проблема была в том, что меня задело.

Слишком быстро. Слишком лично.

Чужой развод в моем офисе — не предмет эмоций.

Чужая женщина, которая приходит сюда работать, а не слушать за спиной идиотские комментарии, — тоже не должна быть для меня личной темой.

Однако стала.

Я вошел в кабинет и закрыл дверь чуть резче обычного.

Вера подняла голову от планшета.

— Что-то случилось?

— Ничего нового, — ответил я. — Люди снова оказались тупее, чем мне бы хотелось.

— Это по какому поводу?

— По обычному. У них есть рты, и они иногда используют их не по назначению.

Вера чуть склонила голову.

— Это из-за Мирославы?

Я бросил на нее взгляд.

— А вы сегодня все сговорились лезть туда, куда не надо?

— Я просто спросила.

— Да. Из-за Мирославы.

Вера тихо выдохнула.

— Понятно.

— Что вам понятно?

Она помолчала, потом сказала слишком спокойно:

— Что вам не все равно.

Я усмехнулся. Без тени веселья.

— Вера.

— Ладно, молчу.

И в этот момент в дверь постучали.

Пунктуально. Ровно без одной минуты девять.

— Войдите.

Мирослава вошла с ноутбуком, папкой и собранным лицом человека, который решил не показывать миру ни одного лишнего симптома своей внутренней войны.

Сегодня на ней был серый костюм. Строгий. Очень простой. Волосы снова убраны. На губах — почти незаметный розовый оттенок. Под глазами — следы бессонницы, скрытые так, как скрывают не ради красоты, а ради профессионального приличия.

Она кивнула мне.

— Доброе утро.

— Доброе. Проходите.

Она шагнула в кабинет, и я поймал себя на неприятной точности ощущения: воздух действительно меняется, когда она входит.

Вот это уже совсем лишнее.

— Для начала, — сказал я, пока она садилась, — поздравляю. Контракт согласован. Вера передаст документы и доступы.

— Спасибо.

— Не благодарите заранее. Вы еще не начали меня ненавидеть в рабочем режиме.

Ее губы дрогнули.

— Я уже в процессе.

Вера фыркнула, не поднимая глаз от экрана.

Я посмотрел на Мирославу внимательнее.

Нужно было решить, говорить или нет.

Ненавижу такие микровыборы. Они почти всегда значат, что человек уже занял внутри тебя больше места, чем допустимо.

— Еще один момент, — сказал я. — Если кто-то в офисе позволит себе лишнее по поводу вашей личной жизни, сообщите Вере или мне напрямую. Сразу.

Мирослава замерла.

Не надолго. Но достаточно.

— Уже позволили? — спросила она спокойно.

— Больше не позволят.

Она смотрела на меня секунду, две.

Потом очень ровно сказала:

— Спасибо.

И вот сейчас это прозвучало иначе.

Не как формальная вежливость. Глубже.

Почти опасно.

Я кивнул в сторону кресла у стола для совещаний.

— Итак. Добро пожаловать в место, где даже очень сильные люди периодически мечтают умереть.

— Надеюсь, не буквально.

— Пока ни разу. Но квартал только начался.

И на этот раз она действительно улыбнулась.

Совсем чуть-чуть.

Но мне почему-то этого оказалось слишком много.

---

ГЛАВА 9

ГЛАВА 9

Мирослава

Первый полноценный рабочий день начался с того, что я пролила кофе на собственную ладонь, порезалась бумагой, дважды ввела неправильный пароль к внутренней системе и чуть не расплакалась в туалете из-за того, что у меня не грузился один из архивов.