Книга Мажорка на перевоспитании, страница 11 – Мира Форст

— Как так – был? – ощущаю его взгляд на себе.

— Умер, – отвечаю коротко.

— Наверное, ты очень грустила? – не знаю, спрашивает из вежливости, или сочувствует.

— И грущу, – паркую Porsche на стоянке клуба. Николь писала, что они уже внутри. Тачка Роберта закрывает разметку, не давая никому впихнуться рядом. Охрана молчит. Хозяин клуба друг моего отца, а Роберт мой парень.

— Олесь, ты в клубе собралась разлучницу искать?

— Перестань, я не стану себя унижать, связываясь со шлюхой, – выхожу из машины.

— То есть за волосы таскать никого не будешь? – не отстает он от меня.

— По ситуации посмотрим, – взбегаю по ступенькам, жалея, что не переобула каблуки. Каблуком было бы неплохо дать в лоб любителю потаскух.

Секьюрити знают в лицо и меня, и Матвея, пропускают свободно, даже дверь придерживают.

Посетителей уже много, хотя еще нет и восьми. Я знаю, где искать своих. Удобный столик с диванчиками и креслами в лаунж-зоне. Иду, выравнивая дыхание. Отчего-то остро ощущаю мужчину за спиной. Может, и хорошо, что он здесь, как будто собственная группа поддержки, хотя не факт, что Волков вступится за меня, если вдруг я окажусь в неприятной ситуации. Или вступится? Папа ведь велел ему присматривать за мной.

Николь сидит на коленях у Борьки, потягивает коктейль из цветной трубочки и смеется над какой-то шуткой своего парня. Даниель залипает в телефоне. У Роберта в руках бокал с вермутом. Он всегда его пьет. Белоснежная рубашка великолепно оттеняет загар, в волосах бронзовые пряди, выгорели на солнце.

— Ягодка моя пришла, – видит он меня. Сколько раз называл меня Ягодкой. А сколько раз называл так после секса с другой? Была ли Маленка разовой акцией? Или Роберт и прежде ходил налево? Почему верила, не допускала?

Выхватываю коктейль у Николь и выплескиваю им в Роберта. Не дав опомниться, плещу на него вермутом. В качестве добавки – содержимое тарелки Даниеля.

— Лесь, какого черта?! – трет Роберт глаза салфеткой, пока остальные переглядываются.

Я достаю телефон и демонстрирую всем ни фига не занимательные кадры.

— Осторожнее с ним, – советую я. – Вдруг заразу какую подцепил.

— Лесь…, – вновь начинает бывший.

— В отель не приходи, – перебиваю его. Мой гнев переходит в стадию презрения. – Я предупрежу персонал, чтобы тебя не пускали.

На глаза попадается кувшин с морсом. Роберт с шумом отодвигает кресло, догадываясь, что я собираюсь сделать. Мужская рука перехватывает мое запястье.

— Обойдемся без колюще-режущих, – останавливает низкий голос Волкова.

Его голосу невольно хочется подчиняться, да у меня и сил не остается на поддержание гордости, потому я разжимаю пальцы и разворачиваюсь на сто восемьдесят градусов.

Прежде чем уехать, веду зазубренным ключом по дверкам BMW Роберта. Царапина получается знатной, просто красочкой не замажешь, только под замену.

Матвей смотрит, спрятав руки в карманах черных брюк.

— Молчи, – упреждаю его умные нравоучения.

— Дай ключи, – требует он. – Я поведу.

Не возражаю. Достаточно уже сегодня штрафов собрала, пока сюда мчала. Опускаю брелок в широкую ладонь.

Волков выруливает филигранно, не задев кузов Audi, прижавшейся к моей машине справа, и неожиданно быстро разгоняется. Улыбаюсь. Кручу колесико магнитолы, ставя звук на максимум. Салон заполняет голос британской певицы Charli Xcx. Ее хит – «Хорошие парни».