Книга Королевские клятвы, страница 63 – Люси Дарлинг

— Дай ей время, — успокаивает меня Тру. — К тому моменту, когда я наконец приеду, ты уже станешь принцессой.

— Боже мой, я не принцесса.

Это нелепо, но так ли это? Никогда особо не думала об этом с такой стороны.

— Пока что.

Мы разговариваем ещё несколько минут, а потом прощаемся. Мне нужно многое осмыслить, потому что теперь я гадаю, могу ли быть беременна, почему Уэллс никогда не говорил о возможности брака, а тут ещё и вся эта история с принцессой. Почему до меня только сейчас это дошло?

Я долго смотрю на телефон после того, как Трули отключилась, экран уже погас. Беременна. Она беременна. А я… Я снова мысленно отсчитываю назад. Не знаю зачем, ведь точно знаю, что с тех пор, как встретила Уэллса, у меня не было месячных. Мы занимаемся любовью каждый день, и к этому моменту они бы уже начались. Проклятье.

— Мисс?

Я вздрагиваю. В дверях стоит миссис Холлоуэй с тщательно нейтральным выражением лица.

— Её Величество желает вас видеть. В солнечной гостиной.

Что? Зачем? Уэллс работает.

— Элеанор? — на всякий случай переспрашиваю я.

Но миссис Холлоуэй лишь кивает.

— Она попросила поговорить именно с вами. Хотите, я скажу ей, что вы заняты?

— Вы бы сделали это ради меня? — улыбаюсь я ей.

Она лишь пожимает плечами, и я точно знаю, что сделала бы без малейших сомнений.

— Нет. Нет, я приду, — не хочу, чтобы кто-то навлёк на себя гнев Элеанор из-за меня. Разглаживаю фартук, осознавая, что всё ещё в нём, и снимаю через голову. — Только руки помою.

Переодеваться, думаю, уже некогда. Неправильно встречаться с «Её Величеством» в джинсах, но что есть, то есть. Я не знала, что она приедет, и вообще-то собиралась провести время в пыльном архиве.

Я направляюсь в солнечную гостиную. Я называю её зимним садом. По размерам она вполне может им считаться.

Элеанор сидит за одним из столиков с безупречной осанкой, держа в руках чайную чашку.

— Мэйбл, — она указывает на стул напротив. — Пожалуйста. Садись.

— Миссис Холлоуэй сказала, что вы хотели меня видеть.

Я нервничаю, словно ребёнок, которого вызвали в кабинет директора. Со мной такого ни разу в жизни не случалось, но, полагаю, внутренняя паника была бы примерно такой же.

— Ты помогаешь с земельным спором, — это не вопрос, но я всё равно киваю. — Ты проводишь много времени в архивах. Миссис Пэмбрук сказала, что ты значительно продвинулась в систематизации материалов, не внесённых в каталог.

— Я рада помочь. Работа интересная.

Только те, кто любит исследования, способны понять эту страсть. У меня всегда была потребность впитывать всю доступную информацию.

— Да., — Элеанор отпивает чай. — Земельный спор уже несколько недель занимает всё внимание моего сына. Твой вклад позволяет ему заниматься вопросами, которые способен решить только он.

Она ставит чашку на стол, точно и бесшумно.

— Тебя хорошо приняли, Мэйбл. Персонал тебя обожает. История с магазином одежды была проявлением искренней доброй воли, а не расчёта. Люди откликаются на неподдельность.

— Спасибо, — не знаю, что ещё сказать. Похвала кажется вступлением. Сейчас последует удар.

— Но… — она поднимает палец, и я внутренне напрягаюсь. — Я не уверена, понимаешь ли ты, на что подписываешься. Исследования в архивах, любовь персонала и благосклонность прессы — это приятные стороны. Те, что воспринимаются как успех.