Книга Кровавые деньги, страница 49 – Фергюс Хьюм

— Разговоры разговорами, – сердито сказал Гарвингтон. – Но этим цыганам я не доверяю.

— Так выгоните их со своей земли, – дерзко предложил Сильвер.

Гарвингтон уставился на него, кровь прилила к лицу, а глаза – две ягоды крыжовника – чуть не вылезли из орбит.

— Я выгоню всех спать, вот что я сделаю, – парировал он и через всю гостиную пошел к большому, во всю стену, окну. – Хватит здесь болтаться, уважаемые! – воскликнул он. – Уже почти полночь, порядочным людям пора спать.

— С каких пор ты заодно с методистами, Гарвингтон? – спросил офицер, проделавший двенадцать миль, чтобы добраться сюда из казарм, а девушка позади него затянула церковный гимн.

Леди Агнес нахмурилась.

— Давайте обойдемся без песнопений, мисс Ардейл, – упрекнула она девушку, и у той хватило ума замолчать, а Гарвингтон тем временем закрывал оконные ставни.

— Готовитесь к осаде? – смеясь, спросила мисс Гриби. – Ждете грабителей уже сегодня ночью?

— Вовсе не жду, – возразил коротышка. – Но мне тошно от одной только мысли, что здесь бродят презирающие закон цыгане. Если кто-нибудь появится, – мрачно добавил он, – я буду стрелять.

— Тогда грабителю бояться нечего, – воскликнул офицер. – Я и сам готов встать под ваши выстрелы, Гарвингтон.

Смеясь, болтая и подшучивая над хозяином, гости разбрелись в разные стороны: женщины – поболтать у себя в гардеробных, мужчины – перед сном покурить и выпить. Гарвингтон с двумя лакеями и дворецким обошел дом, тщательно закрыв все ставни и убедившись – дом надежно защищен. Его сестру удивила столь чрезмерная предосторожность, о чем она и сказала хозяйке.

— Если цыгане сюда вломятся, хуже не будет, – сказала она, оставшись наедине с леди Гарвингтон в своей спальне. – Наоборот, гости будут в восторге, а то просто извелись от скуки.

— Я делаю все, что в моих силах, Агнес, – жалобно сказала ее невестка.

— Конечно, ты стараешься, бедняжка, – сказала Агнес и наградила ее поцелуем. – Но Гарвингтон всегда приглашает сюда какую-то безмозглую публику. Им бы только пошуметь да подебоширить. Удивляюсь, как ты это терпишь.

— Гарвингтон приглашает тех, кто ему нравится, Агнес.

— Понимаю. У него самого мозгов кот наплакал, вот и гости ему под стать.

— А едят сколько, – застонала леди Гарвингтон. – Я все равно что повариха. Только и делаю, что их кормлю.

— Ну, Фредди женился на тебе, Джейн, потому что ты мастерица кулинарного дела. Твоя мать была такой же, всегда отлично готовила. – Леди Агнес рассмеялась. – Ты проложила путь к его сердцу через желудок, Джейн.

— Лично я, Агнес, предпочла бы жить на хлебе и воде.

— Предложи это Фредди, дорогая. Он совсем раздался. Никогда не думала, что обжорство – это преступление. Но когда я смотрю на Фредди… – прервав себя, она в отчаянии развела руками. – Хорошо, что Ноэль приедет, – закончила она довольно отважно. – По крайней мере, с ним интереснее, чем с безалаберной публикой, что здесь собралась.

Леди Гарвингтон с тревогой посмотрела на нее.

— Ты не против, что сюда приедет Ноэль?

— Нет, дорогая. Почему я должна быть против?

— Видишь ли, Агнес, мне казалось…

— Пустяки. Мы с Ноэлем полностью друг друга понимаем.

— Надеюсь, – выпалила Джейн, – вы понимаете друг друга в рамках приличий?

Агнес поморщилась и посмотрела на нее с нарочитым спокойствием.