Книга Кровавые деньги, страница 12 – Фергюс Хьюм

— Иначе я бы не стал ее писать.

— То есть у этого портрета есть оригинал?

— Портрета без оригинала не бывает, – язвительно заметил молодой человек. – Если тебе так интересно, отправляйся в цыганский табор на опушке леса, и все увидишь сама. – С недовольным видом он надел панаму. – С каких пор ты решила, что меня нужно нянчить?

— Что за чушь ты несешь! – воскликнула мисс Гриби, вскакивая на ноги. – Зачем так прямолинейно, так серьезно? Я просто зашла узнать, как дела у старого приятеля.

— Со мной все в порядке, я радуюсь жизни. Тебя это устраивает?

— Вполне. Только не влюбись в оригинал твоего портрета.

— Опоздала с предупреждением, – сухо сказал Ламберт. – Эту девушку я знаю уже полгода. Я встретил ее в цыганской повозке, когда прогуливался по окрестностям, и предложил нарисовать ее портрет. Она тут неподалеку, со своими, так что можешь увидеть ее, когда захочешь.

— Откладывать на потом – гиблое дело, – заявила мисс Гриби, с готовностью принимая предложение. – Идем, дружок. – Когда они вышли из сада на лужайку, она без обиняков спросила: – Как ее зовут?

— Халдея.

— Что за бред? Это же название племени.

— Не отрицаю, подружка. Но Халдея родилась в этом племени, вот ее так и назвали. Это где-то в Месопотамии. Цыгане ведь бродят повсюду. Она очень хорошенькая, а нравом настоящая дьяволица. Только Кара способен держать ее в узде.

— Кто такой Кара?

— Сербский цыган, играет на скрипке, как ангел. Горбун-карлик, лицо черное, волосатый, как обезьяна, но очень популярен благодаря своей музыке. Он без ума от Халдеи и любит ее со всей страстью.

— А она его? – спросила мисс Гриби, как обычно, напрямую.

— Нет, – ответил Ламберт, покраснев под своим загаром, и плотно сжал губы. Он выглядел очень представительно, шагая рядом с этой необычайно высокой женщиной. Его лицо, без сомнения, было по-саксонски красивым, а глаза – такие же голубые, как у самой мисс Гриби, только цвет лица гораздо нежнее. Даже слишком нежный для мужчины, считала она, но в душе признавала: его никак нельзя назвать женоподобным – тяжелая челюсть, твердый подбородок, плотно сжатые губы. С первого взгляда Ламберт и правда выглядел весьма благожелательным, и могло сложиться впечатление, что он – натура слабая. Однако опасность всегда превращала его в жесткого противника, и лицо его, когда он был взбудоражен, становилось неприятно свирепым. Он шел с военной выправкой, плечи отведены назад, а голова вздернута, как у изготовившейся к атаке змеи. Стань он военным и попади в суровые обстоятельства, в нем проявились бы лучшие черты: выносливость, умение быстро планировать и наносить удары, железная решимость. Но отсутствие случая и расслабляющее влияние цивилизованного существования делали его человеком, который действует в пределах возможного. Представятся время, место и шанс – и он проявит себя героем, а если нет – останется безобидным, как порох, который не способен воспламениться без искры.

Размышляя об этом, мисс Гриби оставила тему Халдеи и ее возможной любви к Ламберту и импульсивно воскликнула:

— Почему бы тебе не бросить цивилизацию и не отправиться в дальний путь?

— Зачем? – спросил он, ничуть не смутившись и несколько удивленный сменой темы. – Мне и здесь удобно.

— Да уж куда удобнее, – с нажимом парировала она. – Праздная жизнь, когда денег хватает только на то, чтобы прожить, а шансов проявить себя мужчиной – никаких. Иди, сражайся, захватывай земли, доказывай, что ты чего-то стоишь.