Книга Кровавые деньги, страница 101 – Фергюс Хьюм

— А уж в колонии, – объяснила она мужу во время прогулки по вересковым пустошам, – называть меня «миледи» будет нелепо. Миссис Ноэль Ламберт меня вполне устраивает.

— Согласен, дорогая, если мы когда-нибудь уедем в колонию.

— Надо ехать, Ноэль, ведь у нас совсем мало денег.

— Ну, тысяча фунтов в год – это не так плохо, – добродушно ответил тот. – Тебе, дорогая, привыкшей к миллионам, это может показаться нищетой, но я всю жизнь был стеснен в средствах и вполне обходился двадцатью фунтами в неделю.

— Ты говоришь так, будто я была богата всю жизнь, Ноэль. Не забывай, до свадьбы с несчастным Хьюбертом мне приходилось так же туго, как и тебе.

— Тогда, дорогая, ты понимаешь, что с голода мы не умрем. К тому же я надеюсь стать известным художником.

— В колонии?

— Почему нет? Там, как и в Англии, ценят искусство. Если есть талант, от смены обстановки он только выиграет. Другое дело, дорогая, я не уверен, разумно ли покидать Англию сейчас – сначала надо выяснить, кто убил Пайна.

— Дорогой, давай оставим этот неприятный вопрос в покое. Правды нам все равно не узнать.

— Надо узнать, Агнес, – настаивал Ламберт. – Не забывай, что Сильвер и Халдея, по сути, обвиняют нас в убийстве твоего мужа.

— Они знают, что это ложь, и отстанут, – с надеждой сказала Агнес.

— Как же, отстанут они! И мисс Гриби.

— Клара! Но она на нашей стороне.

— Вовсе нет. Ты подозревала, что она все еще влюблена в меня, – и оказалась права. Сегодня утром я получил от нее письмо, из Кенсингтона. Она упрекает меня, мол, как я мог на тебе жениться, ведь она приложила столько сил, чтобы добыть поддельное письмо у Сильвера.

— Но ты говорил, что она обещала помочь по старой дружбе.

— Она просто хотела, грубо говоря, втереть мне очки. На самом деле она намеревалась – и ясно выразила это намерение в своем письме – помочь мне, чтобы я оказался у нее в долгу, а потом в знак благодарности сделал ее своей женой.

Агнес вспыхнула.

— Мне следовало догадаться. Когда ты сказал мне, что она готова помочь, я сразу заподозрила неладное. Что еще она пишет?

— Разное, в основном глупости. Намекает, что я поступил низко, лишив тебя двух миллионов, мол, порядочный человек такого никогда бы себе не позволил.

— Понимаю, – холодно сказала миссис Ламберт. – Она считала, что деньги еще больше помешают нам сблизиться, чем мой брак с Хьюбертом. Но, дорогой, какое это имеет значение?

— Очень большое, Агнес, – ответил Ноэль, нахмурившись. – Она хочет нам навредить, и у нее это получится, с помощью Сильвера, который, естественно, зол, что теперь не может нас шантажировать. Да еще Халдея…

— Цыганка ничего не может сделать.

— Встанет на сторону мисс Гриби и секретаря, и они сделают все, чтобы причинить нам неприятности. Чтобы защититься, нам придется объяснить: письмо написал Гарвингтон. А тогда одному богу известно, какой позор падет на наше имя.

— Но ты же не веришь, что Фредди виновен? – с тревогой спросила Агнес.

— Нет. Но письмо, из-за которого Пайн погиб, написал он, и, если об этой подлости станет известно, он будет опозорен навеки.

— У Фредди есть преступные наклонности, – мрачно сказала миссис Ламберт. – Я не сомневаюсь: рано или поздно он попадет на скамью подсудимых.

— Надо защитить его, насколько возможно, – решительно заявил Ноэль. – Поэтому я оставлю тебя здесь и поеду в поместье.