Книга Бездна с мягкими стенами, страница 124 – Анна и Сергей Литвиновы

— Филька!

Парнишка – он вошел в сопровождении представительного мужчины – хлопал перепуганными глазами. Когда увидел и, несомненно, узнал Толика с Ингой, окончательно растерялся.

Макс деловито сказал:

— Позвольте вам представить. Филипп Меркулов. Пациент клиники Баженова из отделения, где работал Анатолий, он же Кречет. И мой коллега, врач-психиатр, доктор медицинских наук Глеб Глебович Девятов.

— М-да. Вы, батенька, изрядный фокусник, – пробасил один из знатоков.

Хозяин дома обернулся к гостям:

— Простите, что заставил вас ехать сюда. Но я всегда питал страсть к театральщине. Позвольте преамбулу, буквально в двух словах.

Макс в их сообществе слыл оригиналом. Клинические психологи всегда считались еще в большей степени не от мира сего, чем сами психиатры, но этот парень превзошел всех. Но и карьеру сделал – коллегам только локти кусать оставалось. Глеб Глебович тоже иногда поражался: как только получается у человека? Он собственный домик в пригороде строил-достраивал всю самостоятельную жизнь, а Макс практически по щелчку пальцев поселился в особняке. Всего-то и нужно было – создать канал в соцсетях и грамотно его раскрутить. С первой тысячей подписчиков уже можно поднимать чек, а если их количество переваливает за полмиллиона – деньги текут полноводной рекой. Не совсем справедливо: доктор медицинских наук с огромным опытом за консультацию получает сто долларов, а какой-то клинический психолог (изначально низшая каста) берет с клиента минимум двести тысяч. Но что поделать – таковы нынешние реалии.

Иные коллеги выскочку-Макса жестко не одобряли и даже не здоровались. Но Глеб Глебович к чужому успеху относился с уважением. На психологический канал подписался, однажды оставил комментарий – с личного аккаунта, с указанием всех регалий. Никак не ожидал, что спустя пять минут ему на счет изрядная сумма шлепнется. Пока соображал, от кого, – телефонный звонок. На проводе оказался Макс:

— Глеб Глебович, спасибо вам огромное, что снизошли!

Опешил:

— Это вы мне, что ли, деньги прислали?

— Ну да. В благодарность, что уважили.

— Уважил? По-моему, отругал!

— Какая разница? На индекс цитируемости содержание комментария не влияет. Но что маститый психиатр снизошел – все запомнят.

Глеб Глебович деньги, разумеется, немедленно вернул. Но комментарий удалять не стал. И когда вскоре встретились на конференции, в отличие от прочих соратников при виде Макса лицо не кривил, беседовал благосклонно.

Вскоре стали приятельствовать. Иные новоявленные гуру мнят себя богами, но Макс собственные возможности оценивал трезво. Признавал: есть случаи, где его знаний клинического психолога недостаточно. Таких клиентов (понятное дело, богатых – других у него не водилось) Глебу Глебовичу подкидывал. Врач попытался предложить Максу процент от гонорара – тот только расхохотался: «У меня денег хватает».

Постепенно почти друзьями стали. Макс, несмотря на вопиющее свое богатство и славу на просторах интернета, к врачу (старше по возрасту и выше по регалиям) относился с ненаигранным уважением. Человеком в общении оказался приятным, искренним. В шутку называл Глеба Глебовича мастодонтом – из-за того, что тот от традиционной психиатрии ни на йоту не отступал.

Самого-то Макса вечно тянуло в околонаучные или почти шарлатанские методы.