Книга Что мы знаем об устройстве этого мира?, страница 10 – Сергей Медведев

Ему на вид было лет сорок, он был небрит, но обстрижен наголо. Глаза его были густо обведены черным карандашом, а губы накрашены ярко-красной помадой. Руки – связаны за спиной.

Мужчина растерянно оглядывался по сторонам, не понимая, где же он находится. На коньках он стоял неуверенно и все время падал. Колени плененного были расцарапаны, а подбородок разбит до крови.

Каждое падение вызывало смех среди присутствующих.

— Так что́ мы с ним сделаем, с этим представителем хаоса? – спросила Анна Демидова из динамика. – Какие будут предложения?

— Сжечь? – оживилась Люся.

— Утопить? – предложила женщина, которая подарила Рите модель Эйфелевой башни.

— А пусть сначала исполнит электрический танец, – сказал женщина, одна из тех, кто принес ящик с водителем.

* * *

Вероятно, водитель автобуса догадался, что электрический танец не обещает ему ничего хорошего, и попытался убежать, но Рита толкнула его в спину, и тот упал.

Женщины подняли мужчину и развязали руки. Чтобы не упасть, ему пришлось взяться за два неизолированных провода, протянутых через крюк на потолке. Женщины привязали провода к рукам водителя автобуса, а на шею повесили табличку с указанием маршрута: «Номер 1. Вокзал – Завод».

Судя по всему, электрический танец исполнялся не впервые.

Люся объяснила Наташе: «Так он напоминает троллейбус».

Новикова от ужаса закрыла глаза.

Рита крутанула ручку динамо-машины, подсоединенной к проводам. Водитель автобуса дернулся, ноги его подогнулись, и он повис на проводах.

— Танцуй еще, – крикнула Рита и опять провернула ручку динамо-машины. Водитель дернулся и заплакал от боли.

— А теперь я сломаю ему ногу, – объявила Рита. – Катя, принеси молоток, которым щебенку утрамбовывали на субботнике. И на этом закончим. Завтра всем рано вставать. Надо выспаться. Сейчас уже два часа ночи.

* * *

Оказалось, что Наташа и Люся живут в соседних домах. Они запросто могли бы встретиться на улице или в магазине, но Наташа так поздно никогда не ходила по городу. Люся возвращалась домой обычно за полночь, покупала продукты в перерыв и в совсем других магазинах, по маршруту движения троллейбуса.

Люся понравилась Наташе. Новиковой показалось, что у них есть что-то общее. Но если Наташа хотела быть особенной и для этого носила вязаные шапки и кроссовки, то Люся особенной была от рождения. Наташа искала проявления чудесного в окружающем мире, а Люся была этим самым проявлением.

— Я знаю, Наташа, сегодняшний вечер мог показаться тебе странным. Правда ведь, признайся, – сказала Люся, когда женщины уже собрались попрощаться.

— Немного, – согласилась Наташа. – Там, где я раньше работала, был один старый технолог, который называл меня своей дочкой. Я бы его заставила исполнять электрический танец.

— Не буду расспрашивать о технологе. Значит, у тебя есть причины его ненавидеть. Но и у каждого водителя троллейбуса есть повод ненавидеть водителя автобуса. У каждого свой путь к этой ненависти – хочешь узнать мой?

— Конечно.

Мать Поляковой часто говорила дочери:

— Не садись в автобус номер шестнадцать – выйдешь замуж за больного.

Людмиле шестнадцатый маршрут был удобен, в нем она ездила в баню, где до двадцати пяти лет работала кассиром. Если не пользоваться шестнадцатым автобусом, то надо ждать седьмой трамвай, который ходит очень редко, а Люся купила проездной на автобус за два рубля.