Книга Готикана, страница 102 – РуНикс

Корвина, вскрикнув, проснулась. На плече саднил засос в том месте, где он укусил ее в лесу, все тело покрылось испариной, дрожа от ужаса и возбуждения ото сна. Прижав ладонь ко лбу, она бросилась в душевые, где плеснула холодной водой в лицо и посмотрела на свое отражение в зеркале.

Все осталось целым и невредимым.

Теперь она сидела в аудитории на последнем занятии, на котором, как ни странно, обсуждался роман «Дракула», а сон по-прежнему занимал все ее мысли.

— Одна из ключевых тем «Дракулы», – сказал мистер Деверелл, постукивая маркером по доске, – тема женской сексуальности. – На миг он пробежался по Корвине взглядом и продолжил: – Роман написан в соответствующее время и обращается к обществу, в котором женщины либо были полностью непорочными, помолвленными или замужними, либо считались шлюхами, а потому не имели значения в глазах общественности. В то время откровенная сексуальность трех женщин-вампирш, соблазнивших Джонатана, или Люси, обращенной зверем, да и вкратце любое проявление женской сексуальности было табуировано.

Рия, девушка, которая всегда поднимала руку, подняла ее снова.

— Возможно, табу проистекает из взаимосвязи выражения женской сексуальности с актом потребления крови?

Пока он отвечал ей, Корвине вспомнился яркий образ Вада из ее сна и его клыков, царапавших округлость ее груди, капель крови, ровной струйкой текших по ее соску, и того, как он выпил ее всю.

Содрогнувшись от порочного образа, Корвина скрестила руки на груди, пряча возбужденные соски, и принялась делать записи.

Казалось, лекция тянулась целую вечность, пока наконец не прозвенел последний на сегодня звонок.

— Мисс Торн, мистер Кинг и мисс Клемм, – послышался его голос. – Задержитесь, пожалуйста, на несколько минут. Я бы хотел обсудить ваши работы лично.

Сердце подскочило в груди, когда Корвина увидела, как Вад сел на стул и достал бумаги из ящика.

Студенты поспешили из аудитории, и она тоже встала, прихватив сумку.

— О чем ты написала? – спросила Джейд, когда Рия подошла к нему первой.

Они тихо разговаривали: он указывал на какие-то моменты в ее работе, она кивала.

— Просто о смерти, наверное. – Корвина пожала плечами, зная, что он попросил ее задержаться вовсе не из-за работы.

Хотя она написала хорошее эссе, это Корвина тоже знала. Написала о смертях, что оставляли живущих без ответа, главным образом о своем отце и всех пропавших без вести людях из Веренмора, которые спустя столько времени были уже точно мертвы.

— Пожалуй, пойду в медкабинет. Мне нехорошо.

Корвина переключилась на подругу.

— Что случилось? Ты уверена?

Джейд пошла к выходу.

— Да. Мне нравится в медкабинете. Там… спокойно. Увидимся позже в башне.

— Дай знать, если тебе что-то будет нужно, – крикнула ей вслед Корвина, беспокоясь за подругу, которая после смерти Троя становилась все более замкнутой.

Джейд подняла вверх большой палец и ушла, оставив ее одну с Матиасом и Вадом, которые что-то серьезно обсуждали. Корвина не стала им мешать и подошла к окнам сбоку аудитории. День был пасмурным, черные тучи накатывали с горизонта и застилали всю местность неотвратимым мраком. Крутой утес с этой стороны замка устремлялся вниз прямиком в покрывало темной зелени. Взору открывались одни только бесконечные горы, смертоносные и величественные.