Книга Ищи дурака, страница 117 – Харлан Кобен

Базз заметно прихрамывает. Когда я видел его в прошлый раз, с ногами у него все было в полном порядке.

— Мы готовимся к съемкам, – поясняет он мне.

«Мы» – это сам Базз и еще один малый с бородой, как у Билли Гиббонса и Дасти Хилла из «Зи Зи Топ», и с камерой в руках. Базз представляет мне его как Дейла. Дейл не обращает на меня особого внимания, я плачу ему тем же. Все мое внимание сейчас целиком и полностью приковано к «мертвой» женщине в луже крови на постели. Из груди у нее торчит нож. Я поспешно отворачиваюсь. Базз замечает это и фыркает.

— Всю бутафорию и спецэффекты я делаю сам, – сообщает мне он. – Неплохая работа, правда?

— Да, – выдавливаю я из себя. Потом спрашиваю: – Где вы этому учились?

— Да где только не учился. Это моя первая любовь. – Потом бросает Дейлу: – Сходи перекури, старик.

Того дважды просить не приходится.

— Расскажите мне поподробнее, – говорю я.

— О чем?

— О том, как вы начали этот бизнес. Как довели свое мастерство до совершенства.

— Я из Голландии. Вы, наверное, уже уловили мой акцент.

— Не особенно, – говорю я, не кривя душой. На слух его теперь практически невозможно отличить от американца. – Давно живете в Штатах?

— Да уж лет двадцать с гаком.

— А до этого?

— В Европе. Я начинал как ассистент постановщика, если вы можете в это поверить. Пробивался из самых низов.

— А где именно в Европе? – уточняю я.

— О, много где. Но это было давным-давно. Вы выбрали очень удачный момент, поскольку мои близкие друзья из Голливуда как раз изъявили желание сыграть в моем новом ромкоме ужасов «Ромео и Вурдалетта». Тем более что мой последний фильм получил премию «Кровища». Вы, возможно, об этом слышали. В общем, я не люблю хвастаться знакомствами, но сейчас я веду переговоры с Ленни ди Каприо.

— Ленни?

— Так зовут его друзья. Вы же не думаете, что друзья зовут его Леонардо?

Базз издает смешок.

— Я думал, они зовут его Лео, – замечаю я.

Он давится смешком, но быстро берет себя в руки.

— Нет-нет, Лео его зовут его публичные друзья. Понимаете, те, кто знает его по-настоящему близко…

Я понимаю, что с этим пора кончать.

— Ваше настоящее имя Вред Бергкамп, так ведь?

Улыбка сползает с его лица.

— Ну да, разумеется. Кто вообще в нашем бизнесе пользуется настоящими именами? Вы знаете, что Вина Дизеля на самом деле зовут Марк Синклер? Майкла Кейна звали Морис Миклуайт? Джуди Гарленд была Фрэнсис Гамм. Гамм. Можете себе представить «Волшебника страны Оз» с Фрэнсис Гамм в роли Дороти? Вам не кажется, что Баззи Берг звучит лучше?

— Кажется, – соглашаюсь я, хотя это звучит как имя какого-нибудь голливудского агента.

— Вот именно. Хорошее имя. Если вы хотите чего-то достичь в жизни, то должны визуализировать это. Баззи Берг – подходящее имя для знаменитого кинопродюсера. Поэтому я визуализировал это, повторял, и вот, – он разводит руки, – и вот мы здесь, мистер Пирс.

— Кирс, – говорю я.

— Прошу прощения?

— Моя фамилия Кирс. Как Пирс, только с «К». А мое имя Сами. – Я любезно произношу свое имя по буквам. В его взгляде начинает что-то брезжить. Я не даю Баззу опомниться. – Мы были знакомы двадцать два года назад. На Коста-дель-Соль, в Испании.

— А-а. – Теперь он смотрит на меня. В его лице происходит разительная перемена, но я не могу определить, чем именно она вызвана. Страх ли это, гнев, возмущение, раскаяние – я не знаю. – Вы записываете все на диктофон? – спрашивает он у меня.